– Не просто? – повторил я за ним. – Папа, вот скажи мне, когда ты поднимал свои связи, чтобы её перевели на стажировку ко мне, на что ты рассчитывал?
– Ну…
– Что мы сблизимся? Что работа сплотит нас? Что вспыхнет юношеская влюблённость, которую вы сами же и придумали с её родителями? – начал перечислять я за него.
– У вас был роман, не смей врать и отрицать это! – вновь пристукнул тростью об пол отец.
– Несколько поцелуев я бы романом не назвал, но тебе виднее.
– Сергей!
– Папа, я женюсь на ней, – повысил я голос, устав от этой беседы. – Что же касается её претензий, то, раз Светлана выбрала именно такую форму общения – я рекомендую тебе позвонить её отцу и напомнить, что на работе его дочь должна работать, а не ставить меня в неловкое положение, закатывая истерики при посторонних. На работе – она мой стажёр и подчинённая, а не невеста. Пусть не забывает об этом.
– Ах вот оно что, – губы отца тронула лёгкая улыбка. – Девушка просто решила проявить чувства на людях? Ну, не будь таким ханжой, сын! Немного вольностей не может помешать ни работе, ни вашему сближению…
– Если под вольностями ты подразумеваешь прилюдное высказывание недовольства моим ведением расследования, то – да. Именно этим она и занималась, – усмехнулся я. – Пыталась сблизиться со мной через приказы, а так же унижая других моих подчинённых.
– Ну…
– Пап, если это всё? – я многозначительно посмотрел в сторону второго этажа.
– Да, да, – махнул рукой отец. – Надеюсь сегодня ты поужинаешь с нами, а не уедешь ночевать на эту квартиру?
– Возможно, – ответил ему, взбегая по ступеням.
Папины взгляды на жизнь уже сложно было исправить. По его мнению, семья должна жить вместе, ведь так мы сильнее.
Не спорю, как род – да, сильнее. Как личности – тут спорно. Понятия личного пространства и частной жизни в больших семьях всегда размыты, и моя не была исключением.
– Вов? – позвал я брата, открыв дверь и лишь после этого постучав.
– О, ты выстоял от праведного гнева папы? – ухмыльнулся Володя с кровати, закрывая ноутбук и откладывая его в сторону. – Даже не помят. Отец теряет хватку?
– Света всем вам позвонила, что ли? – прикрыв дверь, я устало опустился в кресло.
– Нет, только отцу, – рассмеялся брат. – Но ты же знаешь папу. Он весь день очень громко возмущался, так что…
– Мама его поддержала? – решил я уточнить.
– Естественно, – тут же отозвался Вова. – От неё обличительную речь ты тоже услышишь. За тебя только Ксюша заступалась. Недолго, правда. Её быстро отправили в её комнату.
– То есть, ты тоже принял не мою сторону, Брут? – я даже руку на грудь положил, показывая брату глубину моего удивления от его предательства.
Вот только шуткой он не проникся.
– Серёг, что происходит на самом деле?
Володя был меня младше всего на два года, и хоть работать в «АСК» не пошёл, выбрав себе специальность карателя, что отразилось на уровне его проницательности.
– Ничего необычного, – пожал я плечами, – к свадьбе готовлюсь. К невесте привыкаю. Убийство оборотня расследую.
– Данные на мертвячку запрашиваешь из всех возможных источников, – в тон мне дополнил Вова, поднимаясь на ноги и начиная нервно расхаживать по комнате. – Ты знаешь, какие про вас с ней ходят слухи?
– Мне плевать, – честно ответил ему. – Кстати, раз уж ты об этом заговорил, ты нашёл что-нибудь?
– Я волнуюсь за тебя, – вместо ответа произнёс брат, останавливаясь напротив меня. – Откуда у тебя такой интерес к хладной?
Знал бы он, сколько раз я сам себе задавал этот вопрос, пытаясь найти ответ. Но его не было.
Она пришла к нам в отдел полгода назад и по началу вызывала во мне лишь любопытство. Виктория и правда была весьма любопытной девушкой.
Я никогда не сталкивался с хладными в живую, но представлял их совсем иначе. Ведь, кто они по своей сути? Просто ожившие тела, лишённые чувств и эмоций, ведомые лишь долгом. И как же я был удивлён, наблюдая за Викторией!
Она отличалась от всего того, что нам рассказывали во время обучения.
Хладные не нуждаются ни в еде, ни в сне, но Вика – другая. Она любила кофе по утрам и была не прочь поужинать в каком-нибудь нашумевшем ресторане.
Хладные не нуждаются в личном пространстве и доме. И тут Виктория отличалась – мало того, что у неё была квартира, куда она уезжала в конце рабочего дня, так и вещи… Девушке нравилось хорошо выглядеть. Её платья, каблуки, причёска…
Она была идеальна.
Изо дня в день смотря на неё, я всё чаще ловил себя на мысли, а какой она была раньше? Была ли такой же идеальной от корней волос и до кончиков ногтей? До того как стала… кем?
Это тоже не давало мне покоя.
Виктория чувствовала. Я не мог это доказать, но для меня её эмоции были более чем очевидны. И особенно остро она реагировала на меня. В те минуты, когда я забывался, и прекращал сдерживать в себе желание прикоснуться к ней, я видел, что её ко мне тянет с не меньшей силой.
Нельзя так играть.
Пусть остальные и забавляются, смотря, как хладная «имитирует эмоции», я готов голову дать на отсечение, что это не игра. И с появлением в отделе Светланы, я в этом убедился окончательно.
Хоть за что-то ей «спасибо»!
