С.: Если вы можете ответить для себя на любой вопрос, ответьте на этот. Говорят, это самый важный вопрос, потому что вы можете знать все кроме знающего. Это ключевой вопрос. Вы можете знать всю вселенную, но если вы не знаете себя, вы не будете счастливы.
И.: А не достаточно быть формой, в которой проживает вселенная? Нет?
С.: А что это за форма такая, в которой вселенная проживает?
И.: Что-то не понимаю. Вот тело смертное. В нем проживает нечто. Меня все устраивает. Есть ответы на все вопросы. Даже скорее ответы прилагаются, а потом я понимаю вопрос.
С.: Пока я слышу о том, что вы говорите о теле, о том что кто-то проживает в этом теле. Но кто говорит? Получается, что вы не есть тело и вы не есть то, что проживает, вы некоторое третье лицо, которое констатирует это.
И.: Ну я могу и так и так смотреть на себя — и глазами вечности и глазами временности. И я могу присутствовать при этих диалогах.
С.: Вот кто это «я», которое все это может делать. Где оно, в каком месте в пространстве?
И.: Это так важно знать откуда, что, чего? Почему важно, объясните, зачем?
С.: Потому что это единственная возможность жить в мире и любви.
И.: Но у меня не возникает, у меня не возникало такого вопроса пока я не услышала, не прочитала. Я себе представляю как механизм, который… человек сам есть механизм реализации каких-то движений, направленных на улучшение условий, на улучшение качества жизни. Сидит нечто, которое знает путь, дорогу, карту, направление, все остановки всевозможные.
С.: Вы говорите об улучшении качества жизни, значит она вас не устраивает на данный момент времени.
И.: Я думаю, что улучшать можно до бесконечности. Это процесс, когда есть на рубль дороже.
С.: И вам этот процесс нравится?
И.: Это процесс познания, да он мне интересен.
С.: Тогда вы можете его продолжать.
И.: Ну я продолжаю.
С.: Вы можете заниматься этим, не задавая вопрос «кто я?», если вам это нравится. И многие люди это делают.
И.: И?
С.: И делают. Делают и делают.
И.: И потом узнают, что надо знать «Откуда я» и «Кто я».
С.: Не надо. На самом деле это должно возникнуть как нечто собственное, это не может быть навязано вам. Этот вопрос, он никому не навязывается. Здесь нет никакого навязывания идеологии или формы поведения, или образа жизни. Бывает так, что в некоторых людях самопроизвольно возникает желание разобраться наконец с тем, кто же все это усовершенствует. Кто делатель, кто тот, кто делает все это, кто тот, кто совершенствует тело, вселенную. Кто это?
И.: Кто это?
С.: Этот вопрос возникает? Если возникает желание в этом разбираться, то есть люди, которые могут в этом помочь. А если такой вопрос не возникает, то его не навязывают. Если не возникает, то вы занимаетесь тем, чем занимаетесь — кто-то занимается совершенствованием, кто-то занимается разрушением этого совершенствования — кто чем занимается. В жизни каждый чем-то занимается. Поэтому на сатсанге предполагается, что здесь собрались люди, которые заинтересованы сами в исследовании этого вопроса. Вопроса — «кто делатель?», «кто живет?», «кто совершенствуется?». Остальные занимаются чем-то другим, и в других местах. Здесь нет миссионерства, такого, что это надо всем знать. Это очень редкие люди, которым такая странная мысль приходит в голову: «кто я?», «был ли я рожден?», «умру ли я?», «что первично, я или вселенная в которой я живу?». Такие вот странные вопросы. И на них есть определенные ответы через понимание, через созерцание, через медитацию. Но это не всем интересно. Это интересно очень небольшому проценту людей, может быть одному из тысячи, из десяти тысяч.
И.: Я сейчас думаю, как я могу умереть, я просто воссоединюсь и все. Какое может быть страдание?
С.: Никакого. Просто на сколько это глубокое понимание, и на сколько вы так будете рассуждать, когда будете умирать?
И.: А я не умру.
С.: Вы умрете.
И.: Нет.
С.: Кто не умрет, тело-то умрет?
И.: Ну тело это ж временная форма.
С.: А что не временная, скажите мне?
И.: Все остальное.
С.: А что остальное? Где оно?
И.: Комплекс чувств, энергий, мыслей.
С.: Почему вы думаете так? Это такие же структуры энергетические, они так же разлетятся по вселенной.
И.: Еще есть нечто вечное во мне.
С.: А-а. Так вот что это вечное?
И.: Душа, я так ее называю. Я чувствую это как душу.
С.: Как вы ее чувствуете?
И.: Ой. Я от нее в восторге.
С.: Опишите ее. Если вы от нее в восторге, можете и описать, наверное?
И.: Ну это в конкретных в каких-то ситуациях. А так это, как нечто целое. Я знаю, что она труженица. Рабочая душа.
С.: Вы можете ее пригласить сейчас сюда, чтобы мы все посмотрели на это явление?
И.: Ну она сейчас здесь присутствует, если вы видите, конечно.
С.: Вот если видите, опишите ее. Что вы видите? Смотрите не нее и говорите.
И.: Я могу ее воспринимать в каких-то знакомых образах человеческих, как женщину в определенной одежде. Я могу ее и воспринимать, как такой сгусток живой, трепещущий, определенных размеров, ну мне трудно произнести какого размера, потому что это не в пространстве, поэтому как я могу это?…
СУМИРАН: Так а где вы? Вы здесь или это она?