– Знаешь, сын, мне лучше знать, кому я нужнее, – сердито возразила Мария.
– Ну, что, что?! Опять будешь нотации читать? – раздраженно спросил он.
– Нет, зачем. Просто поговорить пришла.
– Ну, давай поговорим, – Тимофей встал с кровати и пересел в кресло.
Мария Валентиновна прошла и села напротив.
– Отец нашел тебе тренерскую работу.
– Опять? – Тимофей с возмущением посмотрел на мать.
– Да. И я считаю…
– Мам, прекрати! На тренерскую работу не пойду. Мне хватает того, что я зарабатываю в блоге.
– Правда, хватает? Вот эти твои игрушки, стрелялки приносят доход? – она рассмеялась.
– Да, на клуб хватает, а больше мне ничего не надо.
– Но ты ведь мужчина, и тебе уже четвертый десяток пошел. Пора бы остепениться, тебе не кажется?
– Да что ты от меня хочешь? Не пойду я тренером ни по гонкам, ни по карате. Ты же знаешь, я не смогу!
Мария покачала головой.
– Тимочка, ну нельзя же так. Сколько еще ты будешь помнить?
– А разве это можно забыть? – он отвернулся к окну.
– Можно, сынок, можно. Ты не виноват, когда же ты поймешь?
– Ну все, хватит, – Тимофей встал, натянул джемпер и пошел вниз.
– Куда ты? Опять в клуб? Опять напьешься и будешь гонять по шоссе? – побежала следом Мария. – И снова придешь под утро? Тима, ну, пожалуйста, бросай пить, берись за ум, пока опять чего не случилось! Ты что думаешь, в трудную минуту тебе всегда будут попадаться на пути такие честные и добросовестные люди, как Катя Перчетская?
– Ой, вот только ее не вспоминай! – раздраженно сказал Тимофей, надевая у порога кроссовки.
– А что такое? Почему? Она очень добрая и такая милая…
– Вот именно! – со злостью кинул он, открывая дверь.
– Ты не справедлив! И знаешь, мне кажется, в твоей жизни не хватает именно таких людей!
– Ладно, мам, я пошел, – Тимофей громко закрыл за собой дверь.
А Мария крикнула напоследок:
– Тима, не губи свою жизнь!
Она расплакалась, ну как вразумить сына? Как вернуть интерес к жизни? Ей это не под силу, а Давид рукой махнул…
А Тимофей сел в машину и на всех порах помчался в город. Он прекрасно осознавал, мама права, нет с ним, таких, как Катя. Хотя ему кроме нее и не нужен никто больше. Ее одной вполне бы хватило. Он давно понял эту простую истину. Влюбился, как мальчишка, еще тогда в клубе, с первого взгляда. Вернее, со второго. Хотя первую встречу он и не помнит.
Только что из того? Он по-прежнему считал, что им не по пути. И это его ужасно бесило.
Тимофею вдруг очень захотелось ее увидеть! Подъезжая к городу, он глянул на часы. Уже восемь вечера, но она точно еще на работе. Он знал, потому что иногда приезжал посмотреть на нее тайком. Подойти не решался. Во-первых, потому что был уверен, она не хочет его видеть, а во-вторых, возле нее постоянно крутился ее сослуживец, молодой, рыжий парень, следователь, который вел тогда дело. Тоже, наверное, хороший, добрый человек, с приличной долей яда подумал Тима. Ему до них далеко.
Чтобы не светиться, он подъехал к отделению полиции со стороны парка, припарковав машину неподалеку, и тут увидел, как какой-то отморозок схватил Катю и хочет ударить.
Тимофей тут же выскочил из машины и в два прыжка оказался возле них.
– Эй, отпусти, девушку!
– Ты? – Катя уставилась на него, не веря глазам. Он-то здесь откуда?
У него было такое свирепое лицо, что Катя, не успев обрадоваться, испугалась.
–Пожалуйста, не надо! – попросила она, догадавшись о его намерениях.
– Это еще кто? – Костя все-таки отпустил Катю. – Это вот на него, что ли, ты меня променяла? Ты кто, вообще? – с вызовом обратился он к Аматуни.
– Сейчас узнаешь.
Тимофей, не раздумывая, подошел и ударил наглецу под дых, а затем снизу в челюсть.
– Тима, прекрати! – кинулась к нему Катя. – Совсем с ума сошел? Ты же убьешь его! Поверь, он не стоит того, чтобы садиться из-за него в тюрьму!
– Ничего страшного! Ты же защитишь меня? Ну-ка отойди.
Он ударил еще раз, и хилый зэк тут же упал на землю.
– Не надо! Я тебя прошу! – Катя схватила его за руки. – Мы с ним сами разберемся, он ничего мне не сделает.
– Ты уверена? – Тимофей выпустил пар и внезапно повеселел.
Может просто потому, что наконец кому-то пригодился? И не кому-то, а именно ей?
Тем временем Костя встал, вытер разбитую губу и, выхватив нож, пошел на Аматуни.
– Сейчас ты узнаешь, что такое настоящие пацаны!
– Ну-ка, покажи, – рассмеялся Тимофей и тут же принял стойку, готовясь к нападению.
Но Катя встала между ними.
– Хватит! Костя, уходи немедленно! Снова в тюрьму хочешь?!
Тот остановился, посмотрел зло, но нож убрал.
– Ладно, потом поговорим. И с тобой, и с тобой, – он по очереди махнул головой на Аматуни, потом на Катю и пошел прочь.
– Давай, подвезу до дома, – глядя на дрожащую девушку, предложил Тимофей.
Катя оглянулась на его машину.
– Нет, спасибо.
– Да не бойся, не увезу никуда, – усмехнулся он.
– Ну ладно, – согласилась она и, усаживаясь в машину, сказала адрес, – улица Гагарина, дом…
– Восемь.
– Откуда ты…
– Интересовался когда-то, забыла?
– Ах, да, – она вспомнила, он ведь следил за ней, когда вернулся из своего убежища.
Кате вдруг пришла в голову мысль.
– А ты его не знаешь?
– Кого?
– Ну, парня этого, Костю Олейникова.
