– Ерунда, не будем о грустном.
– Но мне очень хочется знать, расскажи, – попросила Катя. – Почему ты ушел из спорта?
Он отрицательно помотал головой и отвернулся.
– Ну, пожалуйста, расскажи.
Он помолчал. И вдруг ему впервые в жизни захотелось с кем-то поделиться своей болью. Не с кем-то, а именно с ней.
– Ладно… Пять лет назад погиб мой лучший друг, тоже гонщик. На трассе я случайно задел его машину, и он улетел в глубокий овраг.
– Ты винишь себя? – догадалась Катя.
Тимофей нахмурился.
– Конечно, ведь он погиб по моей вине.
– Послушай, но ведь это был несчастный случай…
Аматуни начал сердиться.
– Да! Да! Все так говорят. И мама постоянно твердит… Но я не могу думать иначе. Ведь если бы не я, он был бы жив!
– Но это просто ужасное стечение обстоятельств, – снова возразила Катя.
– Наверное… Но только от этого не легче… Мы были очень дружны. И он был таким же добрейшим человеком, как ты, – он глянул на нее.
А у Кати в душе бушевали страсти. Несчастный! Он считает себя виноватым в смерти друга, потому и ведет такой образ жизни, словно убивает себя. Получается, он нарочно вылетел с трассы? Но не разбился, и тогда решил убивать себя медленно, будто наказывая за тот давний несчастный случай. Ужас! Как, наверное, тяжело носить в душе такой груз!
– Так ты с трассы специально съехал? – все-таки решилась спросить она.
– Нет, что ты! Просто где-то в подсознании, видимо, хотел этого. Но, к сожалению, не погиб.
– С ума сошел? Ты хотел погибнуть?
Он опустил голову и встал.
– Все, хватит на сегодня разговоров. Я спать.
***
– Ну вот, рана затянулась, – Катя заклеила пластырем небольшой шрам и встала.
– Плюс-минус один шрам, какая теперь разница? – невесело усмехнулся Тимофей, надевая футболку.
– Ерунда, главное, чтобы больше не попадать в подобные переделки, – нахмурилась Катя, самое страшное было впереди, когда они вернуться в город.
– Эй, только не хмуриться! Давай повеселимся напоследок? – предложил Тимофей, этим утром он был в хорошем расположении духа. – Завтра возвращаемся.
Катю даже передернуло от этих слов, в город возвращаться совсем не хотелось. Здесь было так хорошо! А там что их ждет?
– Да не бойся ты, прорвемся, – успокоил Тимофей, заметив тень на ее лице.
– Первым делом поедем в полицию, – твердо сказала Катя.
– Безусловно. Ну что? Готова к веселью?
– Готова. А что будем делать? Сразу предупреждаю, в озере купаться не буду! – она снова вздрогнула, на дворе хоть и солнце, но лезть в ледяную воду совсем не было желания.
– Ну ладно. Тогда… Хочешь, я научу тебя экстремальному вождению?
– Это как?
– Ну, будешь гонять, как я. Преступников ловить.
– Так я не ловлю преступников. Я их защищаю.
– Ну все равно, вдруг пригодится.
– По лесной дороге будем гонять? – засмеялась Катя.
– Нет, зачем? Здесь недалеко есть старая, заброшенная трасса, туда и рванем.
– Ой, нет, ни за что больше не сяду в твою машину.
– Мне кажется, ты это уже говорила когда-то? – иронично заметил Тимофей.
Катя засмеялась, теперь казалось, что все это было так давно.
– Ну хорошо, только небольшой урок, – согласилась она.
– Отлично, погнали.
Они выехали на узкую, старую дорогу, по краям заросшую травой.
Тимофей вырулил на довольно длинный, прямой участок, остановил машину и вышел.
– Садись за руль.
Катя нехотя вышла и пересела на водительское место. Эта затея ей совсем не нравилась.
– Значит, так, задача, следующая, с места взять разгон до шестидесяти км в час, а через тридцать секунд достигнуть ста пятидесяти.
– Я не смогу!
– Сможешь. Не смотри по сторонам, фокус на двух линиях – середина, обочина, все, остальное лови боковым зрением. Так. Башкой не крути! Двигаются только глаза. Держи обзор в зеркало заднего вида, в боковое левое, боковое правое зеркала и никогда не теряй контроль за двумя линиями впереди… Заводи. Молодец. А теперь дави педаль.
– Ты сумасшедший!
– Есть маленько, – хохотнул он.
Катя вцепилась в руль и словно вросла в сиденье, боясь повернуть голову. Машина, словно стрела, полетела вперед.
– Ну вот, – Тимофей был доволен. – Получается. Не снижай скорость… А теперь остановись… Включай заднюю передачу. Так. Трогай. Сорок-пятьдесят км достаточно.
– Задним ходом сорок-пятьдесят? – ужаснулась Катя.
– На прямой дороге это очень легко. Просто держи руль в одном положении. Отлично, а теперь на счет три поверни резко руль максимально влево.
– Что???
– Давай! Не бойся! Раз, два, три!
Катя резко вывернула руль, а Тимофей вздернул ручной тормоз. Машина развернулась на сто восемьдесят градусов и замерла.
– Ну вот, ты сделала полицейский разворот.
– Да ладно!
Катя вышла из машины, ноги дрожали.
– Как ты ездишь все время в таком напряжении?
– Никакого напряжения, – подошел он, криво ухмыляясь. – Чего ты напряглась-то? Расслабься. У тебя хорошо получается. Садись, покажу еще пару трюков.
– Нет! Хватит! У меня уже коленки трясутся.
Он подошел, подхватил ее на руки и, перекинув через здоровое плечо, понес к машине.
– Нет, не хочу! – захохотала она и тихонько захлопала руками по спине, помня о его ранении.
– Ты еще не сдала экзамен, – смеялся Тима, усаживая ее на водительское сиденье.
