О том, как действовали лётчики в Киевском округе (КОВО), истребители 14-й авиадивизии, подчинявшейся непосредственно командованию КОВО, как действовала авиация в ЗапОВО, показал военный историк А. Исаев в своей статье «Антисолонин». Исаев выявил прежде всего несуразности в работах М. Солонина, ярого последователя В. Резуна, в его книгах о «23 июня», на примере 14-й авиадивизии КОВО, а заодно показал, как действовали авиачасти в первые дни войны в соседних округах. Как действовали разные командиры разных «ИАП», как встретили утро 22 июня истребители западных округов.
«Опираясь на сохранившиеся документы можно… утверждать, что авиадивизия действительно не была уничтожена на „спящих аэродромах” за „две минуты”. Несмотря на то, что 22 июня три из четырех её основных аэродромов (Колки, Велицк и Млынув) подверглись ударам с воздуха, потери были чувствительными, но не смертельными. Впрочем, один из аэродромов действительно оказался „спящим”. В буквальном смысле этого слова. Пилоты 17-го ИАП на выходные обычно уезжали к семьям в Ковель. Суббота 21 июня 1941 г. не стала исключением (выделено мною – К. О. ). Когда аэродром полка оказался под ударом немецких бомбардировщиков, организованного сопротивления они не встретили: „Противодействовать ударам бомбардировщиков мы не могли: лётный состав находился в Ковеле у своих близких?” (Архипенко Ф. Ф. Записки лётчика-истребителя. М.: НПП „Дельта”, 1999, С. 25). Но даже такой казус не мог привести к потере полутора сотен самолётов (всей авиадивизии – по полсотни в каждом её ИАП. – O.K.). Точные данные о потерях полков авиадивизии за 22 июня в документах не приводились, однако по донесению о боевом составе можно рассчитать разницу в числе боеготовых самолётов на вечер 21 и 22 июня.
Так, число боеготовых самолетов 46-го ИАП уменьшилось за день на 7 И-16 и 9 И-153 [16 из 50 шт.] число боеготовых самолётов 17-го ИАП – на 18 И-153 [18 из 50 шт.], 89-го ИАП – на 6 И-16 [6 из 50 шт.] (ЦАМОРФ, ф. 229, оп. 181, д. 33, л. 25). Потери серьёзные, но не катастрофические. К тому же часть этих самолётов была потеряна в воздухе, а не на аэродроме. Также нельзя не отметить, что полностью уничтожить авиапарк 17-го полка даже в полигонных условиях немцам не удалось, было потеряно меньше половины из полусотни стоявших на поле „чаек”. Таким образом, можно сделать вывод, что ГлавПУРовская версия о двух минутах на аэродром документами не подтверждается даже в случае с „проспавшим” полком. Возможно также, что Архипенко несколько преувеличил драматизм ситуации с мирным сном личного состава своего полка в Ковеле…» 
