Аэлита. Повесть полностью

Мальчик механик уткнул в воротник острый нос и принялся беззвучно смеяться. Положил лодку на крыло и, разрезая воздух крутым падением, спустился у крыльца дома.

Аэлита очнулась, стала расстёгивать шубку, но пальцы её скользили по птичьим головкам на больших пуговицах. Лось поднял её из лодки, поставил на траву и стоял перед ней согнувшись. Аэлита сказала мальчику: «Приготовь закрытую лодку».

Она не заметила ни Ихошкиных красных глаз, ни жёлтого, как тыква, перекошенного страхом, лица управляющего, - улыбаясь рассеянно, оборачиваясь к Лосю, она пошла впереди него в глубь дома, к себе.

В первый раз Лось увидел комнаты Аэлиты, - низкие, золотые своды, стены, покрытые теневыми изображениями, будто фигурками на китайском зонтике, почувствовал кружащий голову горьковатый, тёплый запах.

Аэлита сказала тихо: - Сядь. - Лось сел. Она опустилась у его ног, положила голову ему на колени, руки на грудь, и более не двигалась.

Он с нежностью глядел на её пепельные, высоко поднятые на затылке волосы, держал её руки. У неё задрожало горло. Лось нагнулся. Она сказала:

- Тебе, быть может, скучно со мной? Прости. Мне смутно. Я не умелая. Я сказала Ихе: поставь побольше цветов в столовой, когда он останется один, пусть ему играет улла.

Аэлита опёрлась локтями о колени Лося. Лицо её было мечтательное:

- Ты слушал? Ты понял? Ты думал обо мне?

- Ты видишь и знаешь, - сказал Лось, - когда я не вижу тебя - схожу с ума от тревоги. Когда вижу тебя - тревога страшнее. Теперь мне кажется - тоска по тебе гнала меня через звёзды.

Аэлита глубоко вздохнула. Лицо её казалось счастливым.

- Отец дал мне яд, но я видела - он не верит мне. Он сказал: - «я убью и тебя, и его». Нам недолго жить. Но ты чувствуешь, - минуты раскрываются бесконечно, блаженно.

Она запнулась и глядела, как вспыхнули холодной решимостью глаза Лося, - рот его сжался упрямо:

- Хорошо, - сказал он, - я буду бороться.

Аэлита придвинулась и зашептала:

- Ты - великан из моих детских снов. У тебя прекрасное лицо. Ты сильный, - сын неба. Ты мужественный, добрый. Твои руки из железа, колени - из камня. Твой взгляд - смертелен. От твоего взгляда женщины чувствуют тяжесть под сердцем.

Голова Аэлиты без силы легла ему на плечо. Её бормотание стало неясным, чуть слышным. Лось отвёл с лица её волосы:

- Что с тобой?

Тогда она стремительно обвила его шею, как ребёнок. Выступили большие слёзы, потекли по её худенькому лицу:

- Я не умею любить, - сказала она, - я никогда не знала этого… Пожалей меня, не гнушайся мной. Я буду рассказывать тебе интересные истории. Расскажу о страшных кометах, о битве воздушных кораблей, о гибели прекрасной страны по ту сторону гор. Тебе не будет скучно меня любить. Меня никто никогда не ласкал. Когда ты в первый раз пришёл, я подумала: - я его видела в детстве, это родной великан. Мне захотелось, чтобы ты взял меня на руки, унёс отсюда. Здесь - мрачно, безнадёжно, смерть, смерть. Солнце скудно греет. Льды больше не тают на полюсах. Высыхают моря. Бесконечные пустыни, медные пески покрывают туму… Земля, земля… милый великан, унеси меня на землю. Я хочу видеть зелёные горы, потоки воды, облака, тучных зверей, великанов… Я не хочу умирать…

Аэлита заливалась слезами. Теперь совсем девочкой казалась она Лосю. Было смешно и нежно, когда она всплеснула руками, говоря о великанах.

Лось поцеловал её в заплаканные глаза. Она затихла. Ротик её припух. Снизу вверх, влюблённо, как на великана из сказки, она глядела на сына неба.

Вдруг, в полумраке комнаты раздался тихий свист, и сейчас же вспыхнул облачным светом овал на туалетном столике. Появилась всматривающаяся внимательно голова Тускуба.

- Ты здесь? - спросил он.

Аэлита, как кошка, соскочила на ковёр, подбежала к экрану.

- Я здесь, отец.

- Сыны неба ещё живы?

- Нет, отец, - я дала им яд, они убиты.

Аэлита говорила холодно, резко. Стояла спиной к Лосю, заслоняя экран. Подняла руки к волосам, поправляя их.

- Что тебе ещё нужно от меня, отец?

Тускуб молчал. Плечи Аэлиты стали подниматься, голова закидывалась. Свирепый голос Тускуба проревел:

- Ты лжёшь! Сын неба в городе. Он во главе восстания.

Аэлита покачнулась. Голова отца исчезла.

Аэлита, Ихошка и Лось летели в четырехкрылой, закрытой лодке к горам Лизиазира.

Не переставая работал приёмник электромагнитных волн, - мачта с отрезками проволок. Аэлита склонилась над крошечным экраном, слушала, всматривалась.

Было трудно разобраться в отчаянных телефонограммах, призывах, криках, тревожных запросах, летящих, кружащихся в магнитных полях марса. Всё же, почти не переставая, бормотал стальной голосок Тускуба, прорезывал весь этот хаос, владел им. В зеркальце скользили тени потревоженного мира.

Несколько раз в каше звуков слух Аэлиты улавливал странный голос, вопивший протяжно:

«…товарищи, не слушайте шептунов… не надо нам никаких уступок… к оружию, товарищи, настал последний час… вся власть сов… сов… сов…».

Аэлита обернулась к Ихошке:

- Твой друг отважен и дерзок, он истинный сын неба, не бойся за него.