Ротх сделал поспешные записи, перепроверил свое подозрение, пересчитав кое-что на пальцах, и наконец решил, что разгадал загадку.
— Это буквы?
Он зафиксировал взглядом глаза Крюгера.
— Алфавит. Вы моргаете буквы алфавита?
Слабое, едва заметное движение век.
— Да! — взволнованно воскликнул Клопшток у него за спиной.
Ротх, не менее возбужденный, попросил Матса начать сначала.
Тот снова моргнул шесть раз.
F
Потом пять.
E
— Двенадцать, — громко считал Клопшток, а Ротх записал:
L
Наконец, Крюгер моргнул девять раз.
I
— Кто такая Фели? — спросил доктор Ротх у Клопштока.
— Фелиситас Хайльман. Одна коллега.
Ротх отключил микрофон.
— Вы имеете в виду подругу доктора Крюгера?
Клопшток кивнул:
— Она приходила вчера ко мне и рассказала, что у Неле проблемы. И что Матс летит в самолете из Буэнос-Айреса в Берлин. В тот момент меня впервые посетила догадка. Я знал, что Амели находится в том самолете с Зуцой, якобы возвращаясь из отпуска. Когда Фели пришла ко мне в клинику на Кудамме, у меня появилось плохое предчувствие, что Амели могла реализовать свой план.
Ротх потрясенно опустил планшет с записями.
— И вы ничего не предприняли?! — возмутился он. — Почему вы тут же не отправились с этой информацией в полицию, а дали о себе знать, когда трагедия на борту уже произошла?
Клопшток, немного оживившись после вербальных нападок Ротха, перешел в контрнаступление:
— Что я должен был сказать полиции? «Знаете, наверное, одну мою пациентку похитили? И ее отец, возможно, собирается устроить авиакатастрофу? И возможно, на борту моя жена-зачинщица?» — Он покачал головой. — У меня не было ничего, кроме предположений. А тот факт, что доктор Крюгер решил вести расследование самостоятельно, вместо того чтобы проинформировать полицию, подтвердило, что я тем более не должен предпринимать ничего, что могло бы навредить Неле.
Ротх пренебрежительно махнул рукой, не сумев скрыть гнева.
— Я не верю ни одному вашему слову. Вы хотели, чтобы инцидент произошел, доктор Клопшток, — сказал он открыто.
— Нет.
— Или, по крайней мере, хотели спасти свою шкуру. Чтобы вас никак не связали с этим происшествием. Если бы ваша жена не погибла, вероятно, вы никогда бы не пришли к нам и не предложили свою помощь. Сейчас вы делаете это, чтобы выгородить себя.
Тут рассвирепел Клопшток.
— Это неправда! — возмутился он. — Я даже дал подсказку Фелиситас Хайльман, когда она пришла ко мне. Я попросил свою ассистентку сообщить ей контакты Уландта, которого, как вы знаете, до сих пор не нашли.
— Тогда я не понимаю, почему вы не рассказали мне о фрау докторе Хайльман.
— А почему я должен был рассказывать? Да, она искала Неле, но мы все этим занимаемся, если я не ошибаюсь.
Однако Ротх уже не слушал его и с телефоном возле уха подошел к окну, выходящему в парк.
Был солнечный осенний день, посетители и пациенты прогуливались по усыпанной листвой аллее или беседовали на скамейках парка. Казалось, никто снаружи даже близко не представлял того горя и ужаса, которые разыгрывались всего в нескольких метрах за стенами клиники.
— Хирш? — услышал Ротх голос полицейского, которому позвонил напрямую. На заднем плане раздавался уличный шум.
— Это доктор Ротх из Парк-клиники.
— Я скоро буду у вас.
— Хорошо. Но сначала вопрос: в ходе расследования вам встречалось имя Фелиситас Хайльман?
— Нет, а должно было?
— Пациент дал нам подсказку.
— О’кей. Подождите.
Ротх услышал, как полицейский переключился, какое-то время в трубке стояла тишина, потом Хирш снова объявился. Он или делал запрос, или сам через сотовый получил доступ к следственным документам.
— Фелиситас Хайльман, сорок один год, психиатр из Пренцлауэр-Берга? — спросил он.
— Это должна быть она.
— Странно.
Ротх переложил телефон от одного уха к другому.
— Почему?
— До сих пор мы не видели никакой взаимосвязи. Но ее партнер заявил, что она пропала без вести.
— Как вы сказали?
Главврач обменялся взглядом с Клопштоком, который не скрывал, что пытается уловить каждое слово разговора.
— Они должны были вчера пожениться, но она не пришла.
— Это не может быть совпадением.
Хирш, похоже, откусил кусок чего-то и теперь говорил с набитым ртом:
— Я тоже так считаю. Брошенный перед алтарем жених, конечно, не приоритет в нашей работе. Но это, черт возьми…
— Что?
— Жених Хайльман сообщил нам последние координаты сотового своей невесты. Вы не поверите.
Шум на заднем плане стал громче: видимо, Хирш ускорился.
— Где? — спросил Ротх и почувствовал холодок, словно замерзал изнутри, как только комиссар назвал ему последнее местонахождение Фели: — Народный мясокомбинат. Недалеко от старой молочной фермы.
— Я скоро деньги буду брать за вход, — пробурчал тяжело дышащий охранник, который с трудом помещался в свою униформу. Не говоря уже об автомобиле фирмы M&V Security, из которого он выбрался с мученическим выражением на лице.
