Она накинула на обнаженное тело рубашку Ефремова и первая вышла из комнаты. Игорь нашел под столом трусы, попробовал в темноте отыскать футболку, но не смог. Вечером раздевание было настолько бурным и быстротечным, что вещи Ефремова и Оксаны оказались разбросанными по всей квартире.
– Слушай мой план, – прихлебывая чай, сказала Оксана. – Семьдесят процентов от реальной стоимости СГТС – это примерно 650 тысяч. Скинь еще 50 тысяч на непредвиденные расходы, на улаживание конфликтных ситуаций и взятки нужным людям. Остается 600 тысяч, сумма вполне приличная для начала новой жизни в любой точке земного шара. План у моей мамы такой: ты ликвидируешь брата…
– Но, но! – осек ее Ефремов. – Что значит «ликвидируешь»?
– Не придирайся к словам. Я не так выразилась. Не ликвидируешь, конечно, а временно устранишь его, нейтрализуешь. Слушай дальше. Брат в тюрьме, директора фирмы нет. Назначить его сможет только мама, так как третий акционер, мой отец, в коме. Теперь посмотри на меня.
Игорь повиновался. В карих глазах Оксаны плясали озорные чертики. Девушке было весело, она предвкушала, какой эффект произведут ее слова.
– Дальше у мамы плана нет! Никакого. Даже самого дурацкого. Она вбила себе в голову, что если посадит Сергея, то фирма останется у нее. Не тут-то было! Летом «Газпром» подгребет все под себя, а нам, в качестве утешительного приза, оставит процентов десять стоимости. Если оставит, а не посадит нас всех за уклонение от налогов или еще за что-нибудь. Вот так-то, любимый мой жених! Но ты не горюй. План есть у меня. Я надавлю на мать, и она назначит директором СГТС тебя.
– Меня?! – поразился Ефремов.
– Тебя, котик, тебя. Ты уволишься из милиции и станешь директором нашего семейного предприятия. Дальше дело будет так. Я назначу тебе годовое вознаграждение в сумме 50 тысяч долларов США. Мама, как единственный действующий акционер, может по своему усмотрению устанавливать зарплату любым работникам фирмы, в том числе директору, так что о своем вознаграждении можешь не беспокоиться. В тот же день, когда ты возглавишь «Сибгазтранссервис», я зарегистрирую на свое имя новую фирму и назову ее, например, «Лютики». Ты по лекалам отца перебросишь все активы СГТС на эту фирму, а я ее тут же продам за 70 процентов стоимости. Суть: твои 50 тысяч ты получишь, как только деньги, вернее, активы, двинутся из фирмы в фирму. Ты в пролете никак не останешься. Тебя никто не кинет в последний момент, так как ты фактически выйдешь из дела в самом начале, как только поставишь подпись о передаче активов. Ты все понял, котик? Ты становишься директором, ставишь где надо подписи, я оплачиваю твои услуги, и мы разбегаемся кто куда.
– Вопрос первый: зачем тебе нужен я? Ты же можешь поставить директором любого человека.
– В первые дни после смены директора наступят трудные времена. Много-много кто захочет сунуть нос в дела фирмы. Ты всех отошьешь. С тобой ни менты, ни бандиты связываться не будут. В первые месяцы после увольнения ты будешь считаться среди ментов своим человеком, временно отошедшим от дел. На директорском посту мне нужен именно такой человек: суровый, неприступный, имеющий за спиной поддержку городского УВД. Еще момент, не менее важный. Ты ни фига не смыслишь в современной экономике и не сможешь начать свою игру. Сделать что-то поперек моей воли ни у кого не получится, но соблазн хапнуть больше, чем предлагают, всегда есть. У тебя его не будет. Ты не знаешь, за какие рычаги надо дергать, чтобы трактор поехал.
– Вопрос второй: почему пятьдесят тысяч, а не шестьдесят, как я предлагал твоей матери?
– Котик, алчность – это порок. С тебя и пятидесяти тысяч хватит.
– Вопрос третий, самый важный: ты после продажи СГТС за меня замуж пойдешь?
– Нет, конечно. Я замуж ни за кого не собираюсь. Я хочу пожить в свое удовольствие, а уж потом, лет после тридцати, остепениться и обзавестись семьей. Еще вопросы есть? Если нет, то давай завтракать. Я за ночь проголодалась так, что в животе урчит.
За завтраком Игорь спросил:
– Мы еще встретимся?
– Где, в кровати? Отчего бы нет. Только не здесь, не у тебя. Если захочешь, я сниму гостиницу на ночь, там и повеселимся. Но вначале, вначале дело! Секс сексом, а брата из вида не упускай. Чем быстрее он сядет, тем быстрее мы будем при деньгах.
– Это не от меня зависит. Как только Кайгородова станет адекватной, так тут же начнем.
– Обалдеть! Скажи кому – не поверят. Куш в шестьсот тысяч баксов зависит от какой-то наркоманки. Приводи ее в себя, проработай вопрос с квартирой брата. И давай действовать! У меня руки чешутся дорогому Сереже нос утереть и вьетнамку его на улицу выставить. Как только ты брата посадишь, так я эту стерву тут же из квартиры выселю.
Уходя, Оксана трогательно чмокнула Игоря в щеку и, глядя ему в глаза, сказала:
