Ехать в банк Виктории не хотелось, но и убедительной причины для отказа не нашлось, пришлось согласиться. Королева просмотрела запись несколько раз, но так ничего и не заметила. Обменявшись визитками, она покинула офис. Только вернувшись, домой Виктория вспомнила, что так и не узнала имени оператора проводившего платеж, хотела позвонить Георгиевичу, но решила отложить разговор на завтра.
Вечер прошел спокойно. Девушка поужинала, и уже собиралась устроиться в кровати с книжкой, как позвонила мама. Мама Виктории проживала в коттеджном охраняемом поселке в семидесяти километрах от Санкт-Петербурга. Раз в две недели она устраивала набеги на торговые точки города и называла это «шоппинг терапией».
— Знаешь, дочка, — говорила она, — физически устаешь, конечно, но зато как я морально отдыхаю, ты даже представить себе не можешь! Я ведь пока каждую тряпочку сто раз не пощупаю, да пять раз не примерю, не успокоюсь, а уж что говорить о продуктах, тут глаз да глаз нужен. Так и норовят всякую дрянь подсунуть.
Обычно во время этих набегов Виктории вменялось в обязанность ходить следом за матерью, таскать пакеты и кивать одобрительно около примерочных. Иногда она отходила ненадолго отнести пакеты в машину и получала передышку на полчаса. Королева забивалась в темный уголок и с наслаждением выкуривала сигарету, пока телефон не начинал требовательно трезвонить. Вика быстро запихивала в рот жвачку и неслась обратно. Сигарет мама не одобряла. Зато она одобряла разные кафе быстрого питания и забегаловки, расположенные, как правило, на самых верхних этажах торговых центров. Виктория их тоже любила. Во-первых, это означало, что поход подходит к концу, во вторых, можно расслабиться и вытянуть усталые ноги, а третьих, причина в которой она никогда не признавалась вслух, Вика просто любила эти незамысловатые перекусы. Можно было болтать ни о чем, рассматривать незнакомых людей, есть вредную, но вкусную и даже не очень еду, пить кофе. Почему то даже кофе в таких заведениях казался вкуснее, чем собственноручно сваренный из элитной упаковки.
— Ну, так чего молчишь? — вернула с небес на землю мама, — ты не против?
— Конечно, приезжай, — пробормотала со вздохом Виктория. Большую часть она прослушала и сделала вывод, что ожидается очередной набег на магазины.
— Ты что, опять не слушаешь меня?
— Слушаю, конечно.
— Хорошо, повтори, что я сейчас сказала!
— Ты собиралась приехать, — вздохнула Вика, — только я прослушала, когда именно.
— Ты в своем репертуаре, с тобой совсем невозможно разговаривать, — расстроилась мама, — я сказала, что уезжаю в Новгород к дяде Боре на неделю и спросила, не против ли ты, что мы пропустим поход по магазинам.
— Ну конечно поезжай, — обрадовалась Виктория, — приедешь, и все наверстаем.
— Ну наконец то, дождалась внятного ответа.
Чувствуя себя виноватой, Виктория промолчала.
— Ладно, расскажи лучше, как там Стас поживает.
Отвечать на этот вопрос Виктории не хотелось совсем. Стас был пройденным этапом в ее жизни, но ни он сам, ни мама, почему то не хотели этого понимать. Стас постоянно приезжал и пытался помириться, звал в кафе (правда, не уточнял кто будет платить), иногда даже приносил помятые букетики, не иначе неликвид по дешевке скупал.
— Я не знаю, мама, он в командировке уже дня три.
— Почему бы тебе не позвонить и не спросить, ему будет приятно.
— Мама, я никуда и никому звонить не собираюсь. Мы расстались. Ты понимаешь, расстались!
— Вот и останешься одна старой девой век куковать, — рассердилась родительница, — На меня посмотри, чего хорошего, даже поговорить вечером не с кем.
— Да ладно тебе, мама прибедняться, у тебя подружек пол города. Ты же не бываешь одна.
— Так, то подружки, а хочется, что бы родная душа рядом была.
— Хочешь, я приеду?
— Не надо. Ко мне сейчас Майя Викторовна зайдет, давление мерять.
— Ну, если Майя Викторовна, то это надолго, — хмыкнула Виктория.
Поболтав еще пару минут, мама начала прощаться и Королева облегченно вздохнула. Разговор про Стаса всегда выводил ее из себя.
Познакомились они лет пять назад. Виктория поскользнулась на ступеньках торгового центра и неловко упала. Подняться ей помог интересный, высокий мужчина. Он же вызвал такси, и беспокоясь как она доберется до квартиры, поехал с ней. Несколько дней, с разрешения Виктории, он навещал больную, приносил вкусный чай и апельсины, и как то уж очень быстро перебрался к ней.