Заключительная книга из сборника "Афган неизведан".Тексты основаны на реальных событиях из моей службы в Советской Армии: в Афганистане и в военном училище. Воспоминания рядового русского солдата воздушно-десантных войск, служившего в ДРА с апреля 1985 по май 1986 года. Остросюжетные эпизоды службы и учебы в Высшем военно-политическом училище имени Л. И. Брежнева в Свердловске. Отношение офицеров-воспитателей к молодым ветеранам боевых действий. О противоречиях службы и внутреннем разложении в Советской Армии тех лет.Размышления, аналитика, мемуары.Содержит нецензурную брань.
Когда ты сам превращаешься в деда ВДВ. Наступает определенный момент у каждого солдата «за речкой», когда в Афганистане у тебя вдруг появляются седые волосы на висках и растут желтые, прямо пшеничные усы под облупленным от вечной жары носом. И, не мало важный фактор, ты прослужил в армии уже полтора года, а в Афгане год. Это говорит о том, что ты, брат, становишься настоящим дедом ВДВ.
Вообще год в Афганистане – это целое столетие, тебе кажется, что уже здесь пора обживаться, обзаводиться женой и детьми. Строить домик в окрестностях Кабула. Даже Союз уже кажется другой планетой. Реально кажется, что ты в Афганистане уже лет пять, не меньше. Этот мир затягивает, как неизведанная, чужая вселенная, и это не мои фантазии.
Твои вчерашние деды улетели домой еще до нового года. А вчерашние черпаки стали вдруг пофигистами и дембелями. А ты и твой призыв – раз – и уже Деды. В общем, в конце марта 1986 года я стал дедушкой ВДВ, жалко, что еще пока не сержантом. Старый жестокий прапор давно улетел в Союз, а нового старшину роты – старого дедулю, мы всерьез не ставили, так как уважали только грубую силу рукопашного боя и хороший грубый лексикон, переходящий на живую сирену сравнимую с той самой в самолете перед покиданием воздушного корабля с парашютом.
В общем, настал тот солнечный день, помню было + 55 по Цельсию за окном, когда в нашу вторую десантную роту прибыли первые четверо слонов с испуганными глазами и огромными панамами на бритых затылках, прибыли молодые десантники из Ферганской учебки. Здесь было важно не дать им расслабиться с первых дней нахождения в Афгане.
Солдатики были странноватые, глазки бегают, виден испуг и неприятие новой обстановки. Я быстро и популярно объяснил пацанам, что им крупно повезло, что попали они не в Баграм, где их заждались цинковые макинтоши, и не в Кандагар, где их вообще не найдут в пустыне или в зеленке, а попали они почти в Москву – тоже в столицу, но другой страны – в Кабул и этим обстоятельством необходимо гордиться. И воздавать славу всевышнему провидению и Аллаху если угодно. А еще вы попали, слоны, в элитный Гвардейский батальон связи 103-й ВДД, где вас будут гонять чуток меньше, чем в парашютно-десантном полку, например в том же грозном – «Полтиннике».
Оказалось, что трое из молодых, были даже не радистами, а водителями БТРов. Ведь в нашей роте было уже два новеньких БЭТРА для походов на боевые, а то мы раньше только в Шишигах пыль глотали. Старые ГАЗ-66 были в ужасном состоянии и находились в батальоне как я понял с самого 1980 года. В общем, отбегались в хлам. Спасибо им, не подводили роту на серпантинах. Четвертый парень был радист, повыше ростом и посмекалистей, он врубался в службу хорошо и не хамил. А вот с другими нам пришлось туго. Дети эти оказались наглые, как фанерные танки, и тупые как предгорные бараны. Я им сразу сказал, что мне сигареты рожать не надо, требований не много, ночью не храпеть иначе, жуть будет и на посту не спать, пойдете по уставу в яму, то есть на губу.
Сон на посту среди молодого пополнения был настоящим бичом в дивизии, возможно, это такое пополнение пришло в ту весну. Им говоришь спать нельзя, сынок, укачаю, а он приходит и почти сразу отрубается и падает в окоп. Приходилось принимать жесткие меры. Самое хреновое, что троих пока не подпускали к БЭТрам и они слонялись, махая своими «хоботами и ушами» по батальону и по модулю, не давая нам дедушкам отдыхать. Пришлось, привить им некоторые навыки занятий на спорт городке, мытью с мылом собственных грязных рук и правильному и быстрому мытью полов в кубрике.
И вместе с нами чистилище прошла вся наша страна. Мы поняли, что так дальше жить нельзя. Навязывание чужой воли другим людям, розжиг гражданских войн в других странах, такая политики изжила себя, и идея «Пролетарской революции» обрушилась, словно карточный дворец. Но бронзовый и каменный Ленин до сих пор стоит на всех площадях городов и поселков России.
А кто же мы такие – ветераны Афгана? Кто есть мы, зачем мы были в Афганистане, на другой неведомой и мудрой планете? Кто замыслил этот коварный замысел? А может быть он был необходим для очищения всей страны? Почему именно мы должны были получить такой необычный, страшный и глобальный, мощнейший жизненный опыт.
