В декабре 1979 года советские войска вошли в Афганистан, чтобы поддержать дружественный режим и уйти через полгода или год, однако благие намерения СССР обернулись долгой войной, имевшей катастрофические последствия не только для Афганистана, но и для самого Советского Союза и всего мира.Трезвая и точная книга сэра Родрика Брейтвейта — лучшее из опубликованных на английском языке описаний кампании 1979-1989 годов. Война предстает здесь не злодейством, а трагедией, не результатом заговора, а роковым стечением обстоятельств.Впрочем, эта книга не столько о войне в Афганистане, ставшем полем боя для враждебных друг другу идеологий, сколько о людях на войне: солдатах и гражданских, мужчинах и женщинах.
Решение о вводе войск в Афганистан в 1979 году было принято правительством СССР, однако предпринявшие этот шаг советские руководители опирались на традиции своих предшественников. Политика в отношении Афганистана определялась Москвой, а большинство воевавших в Афганистане солдат были русскими. Я старался использовать слова «советский» и «русский» так, чтобы эти не всегда очевидные различия были ясны, а также стремился отдать должное представителям других национальностей. Впрочем, я порой употребляю эти термины непоследовательно. Я пользовался теми географическими названиями, под которыми города, улицы и так далее были известны в описываемое время.
Я попытался дать английскому читателю представление о том, что чувствовали и о чем думали русские и советские люди во время войны в Афганистане 1979-1989 годов. Это ни в коем случае не полная история той войны.
С тех пор, как была написана эта книга, появились новые источники информации о войне, и исследования в этой области продолжаются. Кроме того, мне приходилось объяснять английским читателям некоторые вещи, очевидные для русских. Участвуя в подготовке российского издания, я не пытался переписать текст, однако сократил некоторые фрагменты ближе к концу книги, чтобы сделать свои мысли понятнее российскому читателю.
Молодежь… по неопытности, еще не зная, что такое война, рвалась в бой.
Поле зрения рядового, конечно, гораздо уже, чем генерала. С другой стороны, последнему жизненно необходимо представлять в лучшем свете свои ошибки, привлекать внимание лишь к тому, что пойдет на пользу его репутации.
Рядовым подобные переживания не знакомы. Бой приносит славу и признание лишь офицерам высокого ранга. Армию же обычных солдат, идущих в бой и рискующих погибнуть или получить увечья, не ждет никакая награда, кроме сознания мужественно выполненного долга.
Здесь далеко не все, что произошло со мной за два года в Афгане. Кое-что я не захотел описывать. Мы, афганцы, друг с другом говорим о вещах, которые могут не понять или понять неправильно те, кто в Афгане не был.
Насилие, вспыхнувшее в Герате в марте 1979 года, превосходило по масштабу все, случившееся в Афганистане после кровавого коммунистического переворота 1978 года. Сопротивление коммунистам усиливалось в Афганистане повсеместно, но в Герате (региональной столице, одном из важнейших городов Афганистана, в древнем центре исламского образования, искусства, музыки и поэзии) недовольство вылилось в настоящий мятеж. Власть перешла к повстанцам. Правительственные войска восстановили контроль над провинцией лишь через неделю, пролив немало крови.
Коммунисты обещали многое: «Наша цель — подать всем отсталым странам пример, как совершить скачок от феодализма к процветающему, справедливому обществу… У нас не было выбора… Если бы не мы, этого не сделал бы никто другой… [В нашем] первом манифесте мы объявили, что право на пищу и кров — основные потребности человека, на удовлетворение которых человек имеет право… Наша программа была четкой: землю — крестьянам, пищу — голодным, бесплатное образование — всем. Мы знали, что деревенские муллы станут злоумышлять против нас, так что мы спешно издали декреты, чтобы массы понимали, в чем их реальные интересы… Впервые в истории Афганистана женщины получили право на образование… Мы сказали им, что они сами хозяйки своим телам, что они вправе выходить замуж за тех, кто им нравится, что они не обязаны жить взаперти, как домашние животные».
