Афганистан. Честь имею! полностью

«Командование части представило старшего лейтенанта С. Мирошниченко к званию Героя Советского Союза, но через несколько месяцев из Кабула пришла выписка из Указа Верховного Совета о награждении его орденом Красного Знамени — высокой наградой, но, видимо, Звезду Героя в очередной раз повесили кому‑то цивильному на пиджачок. Офицеры и солдаты были возмущены такой несправедливостью, но… Возмущение и горечь преследовали нас все десять лет афганской войны».

Возможно, тот пиджачок принадлежит политруку, который в 1992 году описал в «Красной Звезде» бой у кишлака Ваха совсем по‑иному, сделав себя главным героем, хотя его там и близко не было.

Звезды «героев» сияют и сейчас с экранов телевизоров, ощетинив свои лучи с цивильных пиджачков обрюзгших политиков, а настоящим героям вырезали звезды кинжалом на груди.

Афганистан со всей жестокостью перемалывал человеческие жизни и, словно ненасытное чудовище, требовал, еще и еще… Разрывы мин и снарядов, пулеметные очереди и неистовые крики обезумевших от боли людей с оторванными ногами и руками, все залито кровью… Как все это ни страшно, но это было так, это была война.

Родители Сергея, Лариса Николаевна и Михаил Иванович, если бы жили в России, получали бы двойную пенсию за погибшего сына, в Одессе — 100 гривен ежемесячно, а в Луганске они получают за сына 50 гривен в год…

В центре Новомосковска есть памятник воинам‑«афганцам». На обелиске высечены имена 426 ребят из Днепропетровской области, и среди них имя младшего сержанта Шульги Сергея Викторовича.

Ему было девятнадцать лет, когда зашаталась земля под ногами, афганская земля, и ушел он в вечность.

В то время в Новомосковске, родном городе, цвели сады. В уютном домике на тихой улочке ждали вестей от солдата, веселого парня, который даже в письмах к родным всегда старался подбодрить, пожелать спокойствия. Ждали и верили, что сын и брат вернется и все будет хорошо.

«Здравствуйте, мои родные! С огромным солдатским приветом к вам ваш Сережа. Сегодня у нас 5 июня, ровно месяц, как я не был дома…

Вы знаете, какой у меня последнее время большой аппетит. А в первое время, как только сюда приехал, я не мог даже смотреть на эти каши и рассольники. Ты знаешь, мамка, с каким аппетитом я поел бы твоего супа или домашнего борща с рыбой. Вышли мне конфет и печенья побольше…

Ваш сын Серега.

5.6.83 г.».

«Здравствуй, моя родная сестренка Таня!

После окончания „учебки“ я служу теперь в Афгане. Получил младшего сержанта, скоро должен получить сержанта. Дела идут нормально, здоровье тоже. Попал я в Воздушно‑десантные войска, в спецназ. Пока живем в землянках. Здесь — не в Союзе. Если в „учебке“ я автомат всего два раза держал в руках, то тут не расстаюсь с ним. Обстановка напряженная. „Духи“ от нас в 700–900 метрах. Пули долетают и перелетают над нашими головами. Скоро буду ездить на операции. „Духов“ буду бить…

Пришли, сестренка, пожалуйста, свою и племяша фотку, я буду очень рад.

Крепко целую, твой братан.

8.12.83 г. Буль — Бахор».

«Здравствуйте, мама и папа! С огромным приветом и массой наилучших пожеланий к вам ваш сын Серега. В первых строках своего письма хочу поздравить вас с наступающим 1984 годом, хочу пожелать вам, чтобы в этом году сбылись все ваши мечты.

Я жив‑здоров, чего желаю и вам. Служить с каждым днем становится все меньше и меньше… Как там вы живете, все ли у вас хорошо. Как там мои бабушки, привет им от меня. Как встретили Новый год, как всегда, наверное, дома, или были у Люды с Витей? Ходит ли батя на рыбалку?.. Передавайте всем огромнейший привет.

Крепко вас целую. Ваш сын.

18.1.84 г.».