Служба в армии всегда и везде была нелёгкой, а Советском Союзе в особенности. Можно было попасть служить по распределению и в тундру, и в тайгу, и куда-нибудь в бескрайнюю степь, где до ближайшего деревца километров сто, до ближайшего клуба километров двести, а до ближайшего телевизора километров пятьсот, а то и более. Но утешала каждого молодого офицера мысль, что «меньше взвода не дадут, дальше Кушки не пошлют».
В 1979 году эта истина рухнула. 25 декабря колонны советских войск двинулись через реку Аму-Дарья на юг, в Афганистан. Зачем? Это знало лишь высшее командование. Большинство же солдат и офицеров до поры до времени думали, что идут выручать президента Амина. Тогда же на аэродром в Кабуле, один за другим стали приземляться Аны и Илы с подразделениями 105 воздушно-десантной дивизии. В Афганистане было полно советских военных советников, аэродром в Кабуле, аэродром в Баграме (под Кабулом) и ряд других важных объектов ещё с лета охранялся советскими частями. Но замысел советского руководства был совершенно иным. В ночь с 27 на 28 декабря 1979 года советская армия внезапно атаковала и захватила президентский дворец в Кабуле, «Радио Афганистан» и все важнейшие объекты афганской столицы. В некоторых местах сопротивления почти не было. Президентский дворец, возвышающийся на холме на окраине Кабула, министерство обороны, штаб корпуса, пришлось брать штурмом. Там сопротивление было отчаянным, однако несравненно более высокая обученность советских ударных частей и гораздо лучшее вооружение, в сочетании с внезапностью, не оставляли обороняющимся ни единого шанса. Началась самая длинная в истории Советского Союза война.
Стрелять начали солдаты и офицеры, но это была отнюдь не их затея. Надо сказать, что и на генералах, да и на маршалах, также лежит лишь часть вины за развязывание этой ненужной ни народам Советского Союза, ни афганскому народу войны. Военные были против, но решения в СССР принимали не военные, а политики. Когда Политбюро ЦК КПСС, вопреки мнению военных, такое решение приняло, военные подчинились.
Большинство оборонявшихся так и не поняли, кто на них напал. Войска входили в Афганистан по просьбе генерального секретаря ЦК НДПА (Народно-демократической партии Афганистана) Хафизуллы Амина, который совсем не подозревал, что советские правители решили его свергнуть. 27 декабря он устроил в своём дворце приём, куда были приглашены наиболее высокопоставленные афганские чиновники и советские дипломаты. После приёма Амину стало плохо. Афганским поварам Амин не доверял и пищу готовил советский повар, который по приказу своего начальства подсыпал в еду Амина наркотик.
Неизвестно, собирались ли Амина попросту отравить, или только нейтрализовать, а затем вывезти из страны, но этот план рухнул. Из Кабульского госпиталя срочно вызвали работавших там советских врачей, даже не подозревавших о каких-то планах своего руководства в отношении Амина, и эти врачи добросовестно выполнили свой врачебный долг — Амина сумели откачать. Медики всё ещё суетились с ним, когда начался штурм здания. Лежавший под капельницей Амин, подскочив и взяв у кого-то из своих автомат, как был в нижнем белье бросился куда-то по коридору, даже не успев вынуть из руки иглу от капельницы. Это был кровавый диктатор, по его приказу в Афганистане были замучены десятки тысяч людей, но трусом он не был. Через несколько минут его не стало. Из семерых детей Амина в живых остались только две дочери. Одну спасла сумевшая бежать из дворца жена Амина, а другая раненой попала в советский госпиталь и её смогли выходить.
При ночном штурме трудно разобраться кто перед тобой. От случайной очереди погиб тогда и один из советских врачей. Да и одетые в обычную форму советские солдаты и офицеры, в неразберихе успели пострелять, пока не разобрались, в тех своих, кто был одет в афганскую форму.
На следующий день Афганистан узнал, что новым генеральным секретарём ЦК НДПА избран Бабрак Кармаль. Насколько широкой поддержкой в народе пользовался тогда этот человек, можно судить по словам песенки, сочинённой в 1980 году подполковником Виктором Верстаковым:
