В мероприятии, по словам Антонова, будут участвовать сотрудники дипмиссий и консулы ряда стран, включая Китай и Россию, а также китайские бизнесмены и, вероятно, местные пакистанские чиновники. Козаковой и Котову следует на месте отснять видеоматериал, отфиксировать максимально подробно состав участников, послушать, что там будут говорить. И вообще собрать как можно больше информации. Затем, сразу по возвращении в Исламабад, им следует перегнать эту инфу через посольских в Москву. И далее, оставаясь на месте, дожидаться новых инструкций…
Котов, занявший ближнее к иллюминатору кресло, перевел его в горизонтальное положение. Напарник, надо сказать, «выключился» едва ли не раньше, чем шасси лайнера оторвалось от полосы международного аэропорта Абу-Даби, где им с Козаковой – и тоже бегом, рысью – пришлось пересаживаться на другой рейс, назначением в Исламабад…
Анна ткнула соседа справа локтем. Котов, не поднимая головы, не расплющивая глаз, пробормотал:
– Че, уже прилетели?
– Храпишь на весь салон! – буркнула Козакова. – Потише, Кот!
– А ты наушники надень, – сонно отозвался напарник. И, едва договорив, вновь принялся похрапывать.
Стюардесса принесла заказанный кофе. Анна, думая о своем, неспешно выпила его. Затем, воспользовавшись советом напарника, надела наушники, подключив их к взятому в рейс ноуту.
Папки этого ее дорожного лэптопа не содержат никакой ценной информации; в архиве собраны некоторые отснятые ими в качестве фрилансеров материалы. Еще есть подборка музыкальных произведений, фильмотека, а также кое-какая полезная для путешествующих «журналистов» информация.
Анна не стала делать копии тех шести страниц, которые передала ей дочь Смольникова и которые она вручила Антонову (сразу, надо сказать, осознавшему ценность этого столь неожиданно добытого ими материала). Следовательно, она не могла сейчас вызвать на экран оцифрованную копию скана любой из этих страниц. Но в этом нет никакой нужды, у нее отличная память. Можно сказать – фотографическая память.
Козакова открыла папку с надписью «Музыка». Проскролливая «плэй-лист», неожиданно остановилась на файле с надписью
Анна включила ролик на воспроизведение. Она не знала, какую музыку любили слушать ребята из отдельного отряда специального назначения, базировавшегося в тысяча девятьсот восемьдесят четвертом году в южном афганском городе Лашкаргах, неподалеку от местного аэропорта Буст. Она пока что не знала даже фамилий этих молодых людей, оказавшихся летом 84-го так далеко от Родины (в записях приведены имена, прозвища, но не фамилии). Кроме фамилии человека, оставившего после себя эти записки – Николаев.
Когда двадцать два бойца этого отряда забирались в чрево транспортного «Ми-8», который вскоре доставит их в место высадки, они еще не знали того, что им предстоит пережить в ближайшие несколько дней. Как и не знали другого: возможно, благодаря именно им, а также воинам другого, «кандагарского» ООСПН, и еще бойцам группы «Каскад», вступившим в бой накануне, 15 августа, не произошло того, что могло привести в ту пору к развязыванию полномасштабной войны с Пакистаном. И далее, не исключено, к наступлению апокалипсиса.
В наушниках зазвучала написанная гениальным композитором тема «Полета валькирий», а перед глазами у нее возникли строчки, написанные твердым мужским почерком…
