Замена одной социальной системы другой, в общем-то, не оправдана. Это, разумеется, известно тем личностям или группам лиц, кои возлагают на себя миссию проповедников и устроителей новой жизни. Их цели обусловлены корыстью. Но всякое движение располагает и своей армией фанатиков.
Обязанность каждого, кто хочет служить добру, суметь подчинить свою деятельность наивысшей цели, какая только доступна человеку, – не ущемить, не обобрать, не унизить дух – ни в себе самом, ни в ближнем своем.
Любовь приносит счастье только отважным, только тем, кто, не зная сомнений, бросается в ее омут. Любовь же труса оплетена страхом и расчетом. Он не заслужил и крох счастья.
Давно замечено, что достойными и призванными править государством считают себя раньше всего люди посредственного ума и нищие духом. С изумительной энергией и упорством они рвутся вперед, и наиусерднейшим из них удается достичь цели.
Я не считаю, что разум слабее интуиции, но полагаю, что любой поступок или идея рождаются из интуиции.
Религия пытается втиснуть человека в рамки своей морали, чтобы держать его в покорности, а человек сопротивляется и потому, между прочим, что сами проповедники и ревнители веры – грешники высочайшей пробы. У религии сил куда больше, чем у человека, но она догматична. А человек пусть слаб, но зато наделен гибкой приспособляемостью.
Государство – это огромный кипящий на огне котел с похлебкой, а гражданин – существо, к этому котлу присосавшееся. Неизбежно наступает минута, когда надо помешать в котле черпаком или встряхнуть его, присосавшиеся отваливаются, и тогда… Миллионы мечутся в исступлении, и каждый раздираем страхом о животе своем. Одни пытаются вновь присосаться к старому котлу, другие ищут новый, фантазия третьих рождает посудину, которую вообще никто никогда не видел, однако они убеждены, что она существует, а им на роду написано отыскать ее. Вся эта кутерьма длится до тех пор, пока кто-нибудь не сообразит перекрасить старый котел и назвать его совсем по-новому. Тогда, подобно клещам, граждане вновь присасываются к котлу, и «земля пребывает вовеки».
Расплавленный воск догоревшей свечи и сам по себе прекрасен, но проступает в нем и та красота, что тихо мерцала и разгоняла мрак.
Противоположность правильного высказывания ложное высказывание. Но противоположностью глубокой истины может быть другая глубокая истина.
Нильс Бор, объясняя, почему он прибил подкову над дверью своего дома:
Разумеется, я не верю, что подкова приносит удачу. Но я слышал, что она помогает независимо от того, верят в нее или нет.
Эта теория недостаточно безумна, чтобы быть верной.
Не наше дело предписывать Богу, как ему следует управлять этим миром.
Эксперт – это человек, который совершил все возможные ошибки в очень узкой специальности.
Если мы проиграем эту войну, я начну другую под фамилией моей жены.[3675]
Как только вы встанете на нашу точку зрения, мы с вами полностью согласимся.
Война является отрицанием истины и гуманности. Дело не только в убийстве людей, ибо человек должен так или иначе умереть, а в сознательном и упорном распространении ненависти и лжи, которые мало-помалу прививаются людям.
Человек, старающийся прикрыть свою слабость громкими фразами и благородными принципами, невольно вызывает подозрение.
Человек, который много говорит о собственных достоинствах, часто наименее добродетелен.
Успех чаще выпадает на долю того, кто смело действует, но его редко добиваются те, кто проявляет робость и постоянно опасается последствий.
Единственный путь наслаждаться жизнью – быть бесстрашным и не бояться поражений и бедствий.
Наш главный недостаток заключается в том, что мы более склонны обсуждать вещи, чем делать их.
Размеры – самый ненадежный критерий величия человека или страны.
Мы должны сохранить многие звенья, соединяющие нас с прошлым, но мы должны также вырваться из плена традиций повсюду, где они препятствуют нашему движению вперед.
Закройте дверь перед всеми ошибками, и истина не сможет войти.
Жизнь в целом никогда не принимает смерти всерьез. Она смеется, пляшет и играет, она строит, собирает и любит перед лицом смерти. Только тогда, когда мы выделяем один отдельный акт смерти, мы замечаем ее пустоту и смущаемся.
Тот, кто применяет свою силу, доказывает свою слабость.
Пессимизм – форма душевного алкоголизма.
Кто слишком много думает о том, чтобы делать добро, тому нет времени быть добрым.
Ум острый, но не широкий, выскакивает вперед на каждом шагу, но двигаться вперед не может.
Когда у какой-либо одной религии возникает претензия заставить все человечество принять ее доктрину, она становится тиранией.