Англичанин молодец, из последних сил, но держался. Умер с честью. Только следовать его примеру, объявлять свое имя и грозить возмездием не надо. Нубиец сильный противник, и случиться может всякое, так что пусть все считают, что видели египетского черкеса. Свою роль надо исполнить до конца, а дойдет ли до России весть о гибели казака, знает один Бог.
Взглянул на Хасана, тот сидел ни жив ни мертв. Надо товарища в чувство привести. Ничего, он человек африканский, впечатлительный, но хитрый. Что-нибудь да придумает, своими цитатами и молитвами прикроется, останется жив.
Еще раз поклонился паше, поблагодарил за великую милость. Громко попросил передать свой последний привет родителям и друзьям в Египте. Хасан услышал, пришел в себя, чуть заметно кивнул. Значит, понял.
Нубиец начал бой осторожно, не бросился сразу в отчаянную атаку. Может быть, почувствовал в новом противнике скрытую угрозу. Был он на голову выше Дмитрия и явно сильнее. Первые удары провел в полсилы и даже чуть раскрылся, но увидел, что противник не обманулся, и пошел рубить с плеча. Бил сильно и резко, но — слава Богу — английская сталь выдержала встречу с Черной молнией. Умелая защита, а затем стремительные контратаки и легкий укол в бедро лишили нубийца всякого хладнокровия. Он зарычал и взялся за дело всерьез.
Пришлось попотеть, но уклоняться и двигаться Дмитрий умел. Отбив очередной удар, он перекинул саблю в левую руку. Прием, много раз отработанный на учениях, помог и в настоящем бою. Увидел удивление в широко раскрытых глазах нубийца и ударил его чуть выше правого локтя. Парализованная рука бессильно опустилась, и Черная молния выпала на землю. Второй удар в висок свалил и самого нубийца.
От неожиданности все застыли в ужасе. Первым пришел в себя паша, махнул рукой, и остальные четверо телохранителей двинулись на Дмитрия.
Но тот уже был готов к встрече. Черная молния в одной руке, сабля в другой. Ложный выпад в голову правой, косой удар в живот левой! Раз и еще раз!
Четвертый нубиец, увидев, как его соплеменники, путаясь в кишках, корчатся на земле, обратился в бегство.
Пытаясь подняться с кресла, паша что-то свирепо хрипел, плевался и скалил зубы. Нетвердой рукой потянул из кобуры маузер. В то же мгновение Дмитрий оказался рядом и лихо срубленная голова хозяина зерибы покатилась по площади.
Она еще не остановилась, а маузер оказался в руке Дмитрия.
— Хасан, держи саблю! Уходим!
Но Хасан не послушался. Он, поднял отрубленную голову и, держа ее за уши, обратил лицом к собравшимся. Пошел по кругу крича о том, что всемогущей силой своего колдовства он сокрушил пашу и его слуг, избавил людей от их сатанинской власти. Нараспев выкрикивал древние заклинания и проклятия, поминал мусульманского шайтана и негритянского джу-джу, обращался к душам предков. Эти страшные слова, остекленевшие глаза и смертельный оскал паши, еще агонизирующие тела его нубийцев, внушили неописуемый ужас.
Хасан остановился перед старикашкой-факихом, ткнул ему голову под самый нос и громко приказал:
— Умирай!
Старик судорожно схватился за сердце и упал навзничь.
Сидевший у кресла паши слуга не стал дожидаться своей очереди. Он отбросил поднос с трубкой и коробочкой для опиума и что-то поспешно сунул себе в рот. Через малое время и он уже лежал бездыханным. Все остальные попадали ниц, моля Хасана о пощаде.
Только старший из воинов баккара, стоя на коленях, протянул руки к Дмитрию:
— О великий воин! Мы все в твоей власти! Приказывай, повелитель Черной молнии! Разреши сказать тебе тайное слово!
Дмитрий вопросительно взглянул на Хасана. Тот кивнул и тихо произнес:
— Выслушай его. Он хочет стать нашим союзником. Я же пойду и посмотрю за порядком в зерибе. После того, что мы здесь натворили, некоторые могут со страха сойти с ума.
— Пусть твои воины баккара охраняют ворота и кладовые! — приказал Дмитрий.
— Всем разойтись и выполнять распоряжения Альхаджи Хасана! Теперь говори свое тайное слово.
Сообщение оказалось кратким. По следам английского разведывательного дозора, уничтоженного нубийцами паши, идет карательный отряд. Его командир, по имени Айчак, действует быстро и решительно — за правдивые сообщения платит серебром, за ложь расстреливает. В одном месте жители попытались оказать ему сопротивление, так в ответ он сжег селение и угнал весь скот. На саблях вольных всадников баккара нет английской крови, они могут остаться и принять новую власть, но могут уйти в другие места. Саванна очень и очень большая и, если Альхаджи Муса желает установить свою палатку в какой-нибудь долине, то всадники готовы служить ему.
— Почему мне, а не Альхаджи Хасану? — поинтересовался Дмитрий, поглаживая переливчатую сталь своего нового клинка.
— Он колдун, а ты в бою овладел Черной молнией, омыл ее кровью врага. Это счастливый клинок. Он появился в наших краях больше двухсот лет назад и всегда приносит счастье своему хозяину — победу или быструю смерть. Сейчас смутное время и наш род хочет иметь сильного и удачливого вождя. Такого, как ты!
— Хорошо. Какой из себя, этот Айчак?
