Действительно, ночное «солнце» проложило голубую дорожку сквозь стекло окна прямо с небес до пола обширной спальни. Одна створка пластикового окна была приоткрыта, так как жена любила прохладу в комнате. А Евгения это раздражало! Если он раньше это ещё терпел, то сегодня раздражение прямо лилось через край. Да и вообще его всё раздражало в последнее время не на шутку. Хотелось встать и хлопнуть окном, чтобы благоверная аж подпрыгнула в постели.
Тут Хазарову послышался едва уловимый стук. Он напрягся: «Где-то на кухне… Не может быть! Наш элитный коттеджный посёлок надёжно охраняется – кругом высоченный забор с видеокамерами. И почему не залаял здоровенный Акбар во дворе?»
Через минуту-другую Евгений услышал скрип прямо за дверью спальни. Его лоб покрылся испариной, сердце забилось как африканские тамтамы. Ладонь медленно поползла под подушкой к прикроватной тумбочки.
Что это? Тяжёлая гардина чуть дрогнула и пошевелилась… Ему мерещится или вправду за ней кто-то спрятался? Он отчётливо различил тень за колышущейся материей. Сквозняк потянул сильнее, складки гардины расправились, и тень исчезла в голубом сиянье. Он с облегчением вздохнул: «Проклятье, из-за этой дурёхи-луны чуть кондрашка не хватила! Сейчас же встану и закрою окно. Он приподнялся на постели и…
В тёмном углу спальни он заметил узкий отблеск. Евгений тупо уставился в едва различимые пятна и вдруг с ужасом осознал, что это блестят белки чьих-то глаз! Чем больше он всматривался, тем лучше различал жутко яркие глаза, смотревшие на него, не мигая. Их взгляд пронизывал насквозь, проникал куда-то до самой сущности и вытягивал, вытягивал эту сущность из его тела…
Грохот выстрела смешался со звоном керамических осколков и истеричным воплем мирно спавшей жены. Дрожащей левой рукой Хазаров включил настенную бра. Увидел Светлану с расширенными от ужаса зрачками – она оглядывала спальню и никак не могла осмыслить происходящее.
– Что это было? – наконец, произнесла жена. – Зачем ты стрелял?
Потрясённый Хазаров указал стволом в угол комнаты и напряжённым голосом прошептал:
– Там кто-то был…
– Там никого нет! Замечательно, ты грохнул подарок моей мамы на день нашей свадьбы!
В самом деле, на полу валялись осколки большой китайской вазы, куда Светлана часто ставила букеты.
– Между прочим, ваза дорогая! – в супруге, как всегда взыграл неотъемлемый прагматизм. – Неужели нельзя было догадаться, что там находится?
Евгений молчал. Но про себя подумал: «Это же зенки той самой негритянки».
* * *
Роднев постарался применить все свои знания и умения, дабы добиться нужного эффекта. В его практике подобного сложного случая ещё не встречалось.
Вначале психотерапевт использовал весь арсенал медикаментозных средств. Но это не помогало Хазарову. После странного случая с ночной стрельбой бизнесмен уже не мог спокойно спать по ночам. Забывался лишь к утру. Да и то постоянно вздрагивал от кошмаров.
Всюду ему в темноте мерещись горящие во тьме глаза. То в бликах аквариума – и он был сразу же выкинут. То в пятнах лунного света на окне – и сразу же поставили жалюзи. То во всяких экзотических штучках, привезённых из турпоездок – и знакомым были раздарены африканские маски, японские нэцки, дорогие панно. Но ничто не помогало! Хазарову порой чудилось, что ненавистно-притягательные очи уже следят за ним и днём: в отражении зеркал и очков, рисунках одежды и газетных фото.
Психотерапевт пытался применить к пациенту гипноз. Это опять не помогало. «Не получится ли по Берну? – размышлял врач. – Иногда душевно страдающие всё-таки излечиваются, а иногда… Лишь «делают успехи». Временные».
Роднев никак не мог смириться с мыслью, что бессилен что-либо изменить. Хотя в нём сплетались противоречивые чувства, в которых Игорь боялся признаться и себе.
Однако долг врача заставлял его продолжать борьбу, даже зная, что он будет побеждён недугом пациента. И коли произнести последний ужасный вердикт, не значит ли это, что он признал окончательное поражение? Да-да, медицина не всегда всесильна в битве с недугами.
– Так что же с ним делать? – спросила психотерапевта Светлана, посетив его без ведома супруга. Впрочем, она уже почти безбоязненно посещала Игоря, и даже перешла с ним «на ты» при людях. – Может быть, его легче отправить в иные места? Он же постоянно жалуется, что «проклятые зенки» вытягивают из него энергию. Явно «едет крыша», и я побаиваюсь оставаться с ним наедине.
Трагичная роль Дездемоны её не прельщала. Да и возраст обольстительной блондинки никак не предполагал остаться вдовой на все последующие лета без средств к существованию.
– Возможно, его сглазили? – высказала она уже вполне уместное предположение.
Психотерапевт невольно пожал плечами. Сам не зная почему, поддержал шутливо:
– Может быть… Тогда стоит свести его к парапсихологу, коли нормальный психолог не в состоянии помочь! Глядишь, они своей замороченной экстрасенсорикой да осилят!
– Ты это всерьёз? У тебя есть такие знакомые?
