Музыкальный вечер у графини Разумовской был в самом разгаре, и по сложившейся традиции, здесь собралось все высшее общество Ялты. Постепенно, мужчины удалились в соседнюю комнату играть в карты и курить, а женщины остались в гостиной пить кофе и обсуждать последние новости и моды. Анна, бывавшая в обществе чрезвычайно редко, привлекала любопытные взгляды и женщин, и мужчин, но казалась невозмутимой и совсем не обращала внимание на некоторый шепоток, вызванный ее присутствием. Натали Долгорукая по обычаю была душой общества, беседуя с многочисленными новыми знакомыми, но в какой-то момент, обернувшись к Анне, молодая княгиня улыбнулась своей собеседнице, рассказывающей о молодой пианистке, недавно посетившей Ялту.
- А Вы знаете, какая талантливая исполнительницы наша Анни? Конечно, она сейчас не поет, но играет по-прежнему божественно.
- Что Вы говорите? - графиня Разумовская заинтересованно обернулась. - Быть может, мадемуазель Анни сыграет для нас?
- Простите, графиня, я так давно не подходила к инструменту, - девушка вежливо улыбнулась, про себя коря Натали, но уже зная, что отговориться ей не удастся.
- Да бросьте, душенька, это ведь среди друзей, - графиня Долотова мягко улыбнулась молодой женщине. - Вы очень приукрасите этот вечер, дорогая Анни.
Долотова была милой женщиной, недавно выдавшей замуж последнюю из троих дочерей, и относившаяся к Анне с огромной симпатией.
- Да, прошу Вас, прошу Вас, - разносилось теперь со всех сторон, и опасаясь, что все это начинает выглядеть, как неуместное кокетство, Анна согласилась.
Присев за рояль, она начала одну из своих с детства любимых композиций, и постепенно, музыка увлекла ее, глаза прикрылись, пальцы сами отыскивали нужные клавиши, и девушка с головой окунулась в такой любимый ею мир звуков. Одна мелодия сменяла другую, а Анна продолжала играть, забывая обо всем на свете, о годах разочарования и боли, о реальности и обманчивых иллюзиях, о суровом мире театра и опасностях тщеславного света, и вновь чувствуя себя юной, идеалистичной воспитанницей старого барона Корфа.
- Хороша, - поручик Писарев слушал игру молодой исполнительницы, прислонившись плечом к косяку двери. - Бесспорно, она талантлива, барон.
- Бесспорно, - Владимир сосредоточенно смотрел в свои карты. Что-то в этом Писареве настораживало его, то ли хищный взгляд насмешливых глаз, то ли полунамеки, которые тот бросал целый вечер.
- Уверен, если бы Мадемуазель Анни нам спела, это стало бы изюминкой вечера.
- Господин Писарев, мне придется Вас разочаровать, но Анна еще не совсем здорова и петь ей категорически противопоказано.
- Что Вы говорите? - оттолкнувшись плечом от стены, Писарев вальяжной походкой подошел к игорному столу. - Какая жалость.
- Увы, - Корф едва сдерживался.
- А быть может, барон, Вы просто не хотите делиться с нами мадемуазель Платоновой? - Серж склонился к Владимиру, насмешливо глядя в его глаза. - Держите эту певчую пташку и один наслаждаетесь ее… так сказать… талантами. А жаль, прежде весь Петербург мог внимать пению мадемуазель Платоновой. Право, такая потеря для всех нас и театра.
Серж громко хмыкнул, продолжая стоять в двух шагах от Корфа.
- Что Вы сказали, господин Писарев? - медленно положив карты на зеленое сукно скатерти, Корф поднялся во весь рост. - Вы что-то намекаете о моей невесте?
- Вашей невесте? - Серж хохотнул. Выпитый алкоголь не способствовал логическому мышлению. - Крошка Анни Ваша невеста?
- Сударь, - Корф побледнел. - Вы оскорбили будущую баронессу Корф. Извольте выйти вместе со мной обсудить детали дуэли. Князь, - барон обернулся к молчаливому Долгорукому. - Прошу оказать мне честь быть моим секундантом. Поручик, прошу.
И с этими словами Корф, в сопровождении ошарашенного таким поворотом событий Андрея, направился к выходу. Не совсем готовый к подобному развитию, Серж кивнул Шубину и последовал за ним. Веселье и хмель как рукой сняло, когда барон назвал актрису своей невестой, и Серж вдруг отчетливо понял, что от дуэли ему уже не отвертеться.
- Предлагаю стреляться через три дня на рассвете, - меж тем холодно процедил обернувшийся к нему Корф. - Князь Долгорукий встретится с Вашим секундантом и обсудит все детали, честь имею.
Владимир уже собирался вернуться за Анной, когда взволнованная девушка выбежала на крыльцо.
- Господа, Владимир, - Анна окинула мрачных мужчин испуганным взглядом. Голос сорвался, но девушка не закашлялась, лишь покрепче сжала на груди наброшенную Наташей накидку. – Что здесь происходит?
- Ничего страшного, дорогая, - Корф улыбнулся одними уголками губ. - Нам всего лишь нужно было обсудить некоторые детали. Вам не о чем волноваться.
- Детали? - Анна бросилась к барону. - Вы вызвали его на дуэль!
