Он не мог поверить, что его собственный отец, перед лицом Герцога Хуэй Е, произносит столь сильные, несгибаемые слова. И эти слова будут нести столь тираническую мощь.
У Герцог Хуэй Е и в мыслях никогда не было, что Юнь Цин Хун выдвинет такое яростное осуждение. Юнь Цин Хун явно был калекой, но встретившись с его взглядом, даже как у Герцога, его сердце замерло. И он, как уважаемый Герцог, когда это ему читали нотации перед глазами общественности? Он указал пальцем на Юнь Цин Хуна и слегка дрожащим голосом произнёс, «Юнь Цин Хун, ты…»
«Какая наглость!» Голос Юнь Цин Хуна понизился на октаву, прервав Герцога Хуэй Е, «Три слова ‘Юнь Цин Хун’, к чему ты их произнёс?! Я, Юнь Цин Хун, сделал себе имя самостоятельно в Столице Империи Демона в четырнадцать лет. В то время, как твой августейший отец ещё даже не был рождён! И даже Малый Император-Демон обращался ко мне как к брату. Кто ты думаешь такой, раз смеешь обращаться к Патриарху лишь по имени?! Не иметь уважения к старшим, показывая отсутствие учтивости, иметь огромные недостатки в воспитании и быть полным этого тупого самомнения. В довершение ко всему, у тебя столь преувеличенное о себе мнение, что ты просто втоптал лицо своего отца в землю, ты даже этого не знаешь! Вся Императорская Семья Иллюзорного Демона была пристыжена из-за тебя! Какой жалкий ребёнок, даже патриарх обеспокоился, чтобы тебя поправить. Хмфх.»
«Ты…» Герцог Хуэй Е задрожал. Его глаза помрачнели, и он чуть было не выплюнул полный рот крови. Он, Герцог Хуэй Е, прибыв в Семью Юнь, был со всем уважением встречен лично Великим Старейшиной, и взгляды направленные на него были полны почтения. Когда он говорил, все внимали к его словам, и никто не осмеливался и шагу неправильно ступить. Вот каким впечатляющим зрелищем это было. Что о этом патриархе, Юнь Цин Хуну… калеке, он даже взглядом его не удостоил; сейчас он был обруган калекой, и весь мир это видел. И каждый его упрёк было невозможно опровергнуть.
Эта сцена всех повергла в немой шок, в ушах всё ещё разносились упрёки Юнь Цин Хуна к Герцогу Хуэй Е. Его слова заставили некоторых Старших освежить воспоминания что у них были о Юнь Цин Хуну… Он был сыном Короля-Демона, и его врождённый талант был даже выше, чем у Короля-Демона в том же возрасте. Среди того поколения, включая Императорскую Семью Иллюзорного Демона, ему не было равных. В возрасте четырнадцати, он шокировал всю Столицу Империи Демона, и все Старшие это очень хорошо знали. И то, что они с Малым Императором-Демоном звали друг друга братьями, было бесспорным фактом. В то время никто не сомневался, что Юнь Цин Хун превзойдёт Юнь Цан Хая, как второй Король-Демон.
После молчания, длившегося более двадцати лет, люди практически забыли, что за человеком Юнь Цин Хун был раньше. Но его внезапна инвалидность не могла стереть его былую славу. И его звание самого молодого Монарха 9 в истории Империи Иллюзорного Демона было тем, что никто не мог отнять. Он блистал настолько ослепительно, что практически сжигал глаза, и до сегодняшнего дня, никто его не превзошёл.
Когда Юнь Цин Хун был того же возраста, что и Герцог Хуэй Е, его достижения были тем, что Герцог Хуэй Е даже не имел права обсуждать.
Когда воспоминания вернулись к жизни, Старшие мгновенно почувствовали, что беспричинное хамство Герцога Хуэй Е в отношении Юнь Цин Хуна было крайне смешным.
«Патриарх… Это на самом деле наш Патриарх!» Старейшина взволнованно встал, «Патриарх… Он возвращается?»
Его волнению не было позволено продолжаться, сидевший с ним рядом, остановил его и потащил обратно на место. Другой человек, несший торжественное выражение, сильно тряхнул головой… возбужденное выражение старейшины внезапно исчезло, и он успокоился, когда сел.
Среди основных Старейшин и обычных старейшин, подавляющее большинство из них выражали удивительную радость и эмоции на своих лицах, но они быстро успокоились. И среди шумной толпы, никто этого не заметил. Но Юнь Чэ случайно туда посмотрел, и заметил изменение в лицах тех, кто там сидел. Он сконцентрировал взгляд, и сильное удивление загорелось в глубине его глаз.
Может ли быть…
Когда Юнь Цин Хун закончил свой строгий упрёк, он сухо фыркнул, и больше не обращал внимания на Герцога Хуэй Е. Нахмурив брови, он посмотрел в сторону Юнь Синь Юэ, стоявшего с мрачным и неясным выражением на лице. Он сказал: «Юнь Синь Юэ, почему ты всё ещё там стоишь? Немедленно выйди и приготовься принять Изучение Души Духовной Длани.»
Внезапный взрыв Юнь Цин Хуна стал для Юнь Вай Тяня совершенной неожиданностью. Услышав слова Юнь Цин Хуна, его глаза сузились и он быстро сказал, «Юнь Цин Хун, ты… не перегибай!»
«Перегибаю? Каким это образом я перегибаю?» Ответил Юнь Цин Хун спокойным голосом.
Юнь Вай Тянь, непреклонным и упрямым тоном, «Мы уже выяснили, что Синь Юэ определённо не позволит подвергнуть себя Изучению Души Духовной Длани, или в противном случае, наша Семья Юнь станет посмешищем, для всей Империи Иллюзорного Демона! Ты правда желаешь, для защиты своего крёстного сына, проигнорировать святость чести нашего Клана?»
