История Агара — мира, в котором, вследствие допущенной прогрессором более развитой цивилизации ошибки, на тысячелетия установилась власть Вселенской Церкви. Глобальный контроль, террор полиции и секретных служб, «духовные скрепы» и «традиционные ценности» — такова плата за несвоевременное вмешательство в естественный ход истории. Только платить её приходится невиновным — населению целой планеты. И с этим нельзя мириться…
Преосвященный Арбигост, архипатрит Красного Братства, сидел, откинувшись на кожаном диване в комфортном салоне воздушной машины, носившей пафосное название «Повелитель боли и наслаждения», и предавался наслаждению.
Арбигост направлялся с инспекцией на космодром Шагар-Кхарад в Прóклятых землях, что к северу от провинции Арзебар. Флайер летел низко над горным хребтом, окутанным серыми тучами, за окном не было совершенно никакого вида, и священника ничто не отвлекало от приятных ощущений внизу живота.
Четверть часа назад, когда пилот передал управление автоматике, флайер опустился в облако, перейдя на низкий бреющий полет. Кортеж охраны — три увешанных орудиями «Жнеца» — держались каждый в стадии от «Повелителя», образуя на радаре вокруг него подобие треугольника из трех ярких зеленых точек. Облачность не мешала этим «летающим танкам» контролировать каждый араш открытого пространство вокруг кортежа на десятки стадиев — уровень защиты «максимальный». Эхолокаторы и тепловизоры «Жнецов» непрестанно прощупывали местность внизу, а их кинетические пушки и пулеметы были готовы в любую секунду уничтожить любую цель, размерами от крупной машины до мелкого животного.
Рассеянный взор священника был устремлен в вихри тумана за окном, в то время как пальцы его рук играли с шелковистыми волосами ублажавшей его молоденькой девушки. Впереди был еще целый час полета, но Арбигосту не будет скучно. С Парелиат можно не думать о времени.
Он купил ее еще девочкой, и официально она считалась его рабыней, но никто в имении Арбигоста не смел обращаться с Парелиат как с прислугой. Она была его наложницей, и это положение давало ей определенные преимущества. Четвертый год Парелиат жила в его дворце на берегу Средиземного моря и сопровождала его во время поездок и полетов по делам Церкви. Арбигост обещал девушке подарить свободу к ее совершеннолетию и выдать замуж за приличного господина, но все чаще ловил себя на мысли о том, что привязался к Парелиат и не желает отпускать ее от себя. Мысль о ее будущем замужестве, о том, что кто-то другой когда-нибудь окажется на его месте — станет прикасаться к ней, а она станет ублажать его, как раньше ублажала Арбигоста — была ему противна.
Голова Парелиат монотонно поднималась и опускалась, поднималась и опускалась… вверх, вниз, вверх, вниз… волосы девушки приятно щекотали уже начинающее дряхлеть, тучное тело священника. Мысли обволакивала приятная нега, уводящая от проклятущей суеты, что в последнее время сильно утомляла и раздражала его.
Арбигост всегда предпочитал активную деятельность кабинетной возне, но положение «правой руки» генерал-архипатрита, который высоко ценил его умение вести дела, все чаще обязывало его оставаться в столице. Но, к счастью, оставалась еще работа для «хитрого толстяка».
Вечером накануне Абримелех вызвал Арбигоста и лично, с глазу на глаз, поручил ему одно деликатное дело…
Во время формальной инспекции Службы безопасности космодрома Арбигост должен будет связаться с внедренным туда ССКБ (Секретной службой Красного Братства) «кротом» и получить информацию, которую тот не решался передать стандартным способом. Информация эта, как предполагали аналитики ССКБ, возможно, имеет отношение к предполагаемому заговору против Церкви, в котором замешан Шедареган, один из высших церковных иерархов, глава Серого Братства и любимчик Патриарха.
ССКБ не могла рисковать, тайно посылая на космодром спецагента. Проникнуть на объект Серых — задача рисковая. У Серого Братства собственная, подчиняющаяся только Малому Кругу (внутреннему совету Братства) и его главе, служба безопасности — маленькая армия, со своей разведкой, контрразведкой и спецподразделениями. Поэтому в ССКБ решили не штурмовать лбом стену, а пойти другим путем: послать на космодром не спецагента, а всем известного и всеми уважаемого чиновника с инспекцией, прикрыв его визит постановлением Собора Святых. Глава Красных, Абримелех, лично позаботился о том, чтобы в Шагар-Кхарад отправился именно Арбигост.
Влажные губы Парелиат скользили, обхватывали, обволакивали разгоряченную плоть архипатрита. Арбигост был уже далеко от всего суетного и скучного. Все эти «кроты», агенты, братья, ракеты с космодромами… Да и генерал-архипатрит и Его Святость и… пятьдесят дьяволов с ней!.. Святая Церковь… Все они пошли на хер! Архипатрит был уже готов кончить, когда…
Облачность заканчивалась, и первые лучи одного из солнц уже пробивались сквозь поредевший туман. «Жнеца» впереди еще не было видно, но радар показывал пилоту, что флайер охраны держится на прежнем расстоянии в точности до нескольких арашей (автопилоты всех четырех машин работали синхронно). Клочья тумана налетали на лобовое стекло «Повелителя», оставляя на нем мелкие капли, которые тут же сдувал ветер.
