Агар. Прóклятые полностью

…Это был прекрасный мир, утопавший в зелени и наполненный тёплым солнечным светом, — напишет позже Эвааль о Шаш и кшасах в своих воспоминаниях. —Бирюзовые воды всегда тёплых рек и озёр Шаш были наполнены рыбой, на удивление смышлёной и любопытной, которая, не пугаясь (кшасы её не едят) подплывала к нам всякий раз, когда мы входили в воду. В пышной растительности Шаш, как и вообще во всём на этой маленькой планете, преобладали оттенки зелёного и красного, на фоне которых местные жители, которых мы меж собой прозвали «пауками», порой терялись из виду. Тёмно-зелёный грунт, изумрудные камни, аквамариновое низкое небо… В воздухе Шаша постоянно присутствовал сладкий запах цветов, которые цвели там круглый год.

Нам было интересно узнать о том, как кшасам удалось сохранить свой мир от экологического кризиса на этапе индустриального развития. Как известно, миры людей и близких к нам видов и рас во время индустриализации часто страдают вследствие варварского разграбления природных ресурсов, когда невосполнимые запасы углеводородов сжигаются впустую и загрязняют атмосферу. Оказалось, что и кшасов не миновало это проклятье…

После того как нам показали записи пятисотлетней давности, мы не могли смотреть на этих трудолюбивых и добродушных существ иначе как с безграничным уважением!

Мы увидели, как «пауки» столетиями трудились, восстанавливая свой мир, исправляя ошибки эгоистичных предков. Всё то великолепие, что предстало пред нашими глазами, оказалось плодами невероятных усилий целых поколений кшасов, боровшихся с всепланетным экологическим кризисом подобно выступившей против инопланетных захватчиков армии…

— Ну? И что же ты там сидишь, Эв! — Эинрит наклонилась, зачерпнула ладошкой воду и брызнула в Эвааля. Несколько тёплых капель достигли цели. — Я здесь, и я жду тебя!..

Дочь Аиви смотрела на своего избранника с искренней, животной прямотой. В её взгляде был призыв и вызов: «Иди ко мне и возьми меня!»

Эвааль не стал больше говорить.

Встав на камне, он ловко нырнул в воду и в несколько мощных гребков пересёк бухточку.

В это время Эинрит тоже нырнула и отплыла ближе к берегу. Встала ногами на песчаное дно.

Спустя мгновение, Эвааль оказался рядом с ней. Его руки крепко обхватили талию женщины, он приподнял её в воде и прижал к себе. Она же тотчас с исступлённой страстью обхватила его ногами…

— Отец…

В дверях кабинета появился серый первоархипатрит.

— Входи Шедареган, входи! — Старец, как обычно в светском костюме, сидел в кресле за массивным столом из морёного дуба.

— Я не один…

— Да-да, я уже знаю, ты пришёл с нашим другом, — старец улыбнулся. — Скажи ему, чтобы тоже вошёл.

Шедареган обернулся и сделал приглашающий знак тому, кто ждал за дверью.

Вслед Шедареганом в кабинет вошёл высокий мужчина средних лет в серых одеждах заклинателя. Увидев Патриарха, он уважительно откинул назад священнический капюшон.

Черты лица вошедшего были неприметны: короткие тёмно-коричневые волосы, жёлтые, немного раскосые глаза, широкий нос с горбинкой, тонкие губы прикрывали ровные, без следов вмешательства стоматолога, белые клыки, брови в меру густые с заломом — заурядная внешность без признаков высокого происхождения.

Встав из-за стола, старец подошёл к ним.

— Бога нет, братья! — приветствовал он их, и обнял каждого, сначала Шедарегана, а после и второго гостя, переодетого священником.

— Бога нет, ваша… — начал было гость.