Начал пролистывать заголовки. Почти все написанное оказалось понятным. Лишь некоторые слова вызывали заминку. Белов явно нуждался в языковой практике с носителями языка. «Доблестные итальянские войска предприняли наступление с территории Эфиопии в британский Сомалиленд».
«Надо же какая драка из-за Сомали. А в моем бывшем мире остались пираты да нищее население, и ни один европеец в трезвом уме не хотел туда соваться».
– Ваш чай. – Секретарша поставила перед ним чашку, сделанную из белого фарфора.
– Благодарю вас, фрау Марта, – улыбнулся Никита секретарше. Чай старался пить осторожно. Неизвестно было, как крепко держит клей.
Через десять минут из кабинета вышло двое мужчин в дорогих костюмах. У одного были золотые швейцарские часы на руке.
– Можете входить, – пригласила Никиту Марта.
Он вошел в просторный кабинет с большим окном, из которого открывался красивый вид на площадь. За столом сидел плотный мужчина лет пятидесяти, с массивным подбородком и цепкими глазами.
«Ого! Какая мощная энергетика!» – оценил банкира Никита.
– Почему вы пришли сегодня? Я же сказал консулу, что сделка произойдет через два дня, – с ходу наехал на него банкир.
«Как интересно! Сделка. Какие-то дела с консулом. Кажется, я удачно зашел!»
С ходу парализовал Брокдорфа, не пожалев энергии.
«Какой сильный дядька». Пять минут у Никиты ушло на то, чтобы подчинить его, после чего банкир стал сотрудничать.
– Что за сделка состоится через два дня? – уточнил Никита, усаживаясь напротив Брокдорфа.
– Сделка по обмену драгоценностей на технические алмазы, – медленно, через силу ответил управляющий.
– Драгоценности у вас? – задержав дыхание, спросил Никита.
– В сейфе.
– Открывай!
Брокдорф достал из кармана связку ключей, с трудом встал из-за стола и подошел к большому черному сейфу. Открыв дверь, повернулся к Никите и замер.
– Садись, – приказал Белов и подошел к сейфу.
Внизу стоял портфель из крокодильей кожи. Остановив дыхание, достал его и взвесил на руке. Килограмм восемь, не меньше. Попытался открыть, но не смог. Портфель запирался на небольшой замок.
– Ключ, – протянул он руку.
Брокдорф достал из внутреннего кармана пиджака маленький ключ, который подошел к замку. Внезапно раздался дребезжащий телефонный звонок, и Никита вздрогнул.
– Ответь!
– Это Марта. Докладывает, что пришел посетитель, – посмотрел он на Никиту.
– Скажи, что ты сегодня никого больше не принимаешь.
Положив трубку, Брокдорф уставился на Никиту. В его взгляде была злость. Этот сильный человек продолжал бороться.
– Зачем обменивать драгоценности на технические алмазы? – усилил Никита давление на банкира.
– Это нужно для нашей промышленности, которая бурно развивается. Возникла нехватка данного сырья.
– У вас закончились технические алмазы и вы решили обменять их на драгоценности? – стал догадываться Никита, вываливая бриллианты из черного мешочка на стол Брокдорфа. В других мешочках были не очень крупные изумруды и рубины.
– Да. У меня есть связи со шведскими промышленниками, которые закупают технические алмазы у «Де Бирс». Они согласились уступить партию, но это разовая сделка. Я хочу пить!
Никита налил ему из графина воды в стакан и помог выпить.
– Расскажи о «Де Бирс» и добыче технических алмазов.
– В 1939 году мировая добыча технических алмазов составила 10,5 миллиона карат, но 94 процента мировой добычи алмазов контролирует «Де Бирс» – жемчужина британской короны, возглавляется с 1929 года семьей Опенгеймеров. Они этнические евреи и имеют тесные связи с банкирскими домами Ротшильдов и Морганов.
– Где вы взяли бриллианты на обмен? – Никита стал уставать. Держать под контролем управляющего и выкачивать из него информацию становилось все тяжелее.
– В мае наши доблестные войска захватили Антверпен, который является алмазной столицей мира. Алмазошлифовальная отрасль промышленности, как и продажа бриллиантов, а также других драгоценностей, контролируется евреями. Все их активы были конфискованы в пользу рейха и будут обменяны на технические алмазы. – Брокдорф стал тяжело дышать.
«Плохой признак. Надо заканчивать».
– Если технические алмазы контролируются Британией, с которой вы воюете, а шведская сделка разовая, то с кем вы в дальнейшем собираетесь вести обмен?
– Не знаю. Абвер нашел канал. Через несколько дней драгоценности будут вывезены из Антверпена.
– Где пройдет обмен?
– Не знаю. – Пот все сильнее капал с Брокдорфа.
– Где находятся драгоценности в Антверпене?
– Не знаю. – Банкир начал закатывать глаза.
– Спать! – приказал ему Никита, и Брокдорф резко ударился головой об стол. – Последние сорок минут у тебя сотрутся из памяти. – Сделав внушение, Никита стал быстро забивать уже свой портфель и карманы пиджака пачками денег из сейфа. Стерев отпечатки пальцев, он еще раз осмотрелся, чтобы ничего не забыть, и вышел из кабинета.
