– Я не вижу смысла вступать с вами в полемику, господин Мануйлов. Вы умный человек и прекрасно понимаете, что практически все обвинения в мой адрес высосаны, как говорится, из пальца. – Агасфер бросил на стол бювар, застегнутый блестящим декоративным замочком. – Здесь собраны некоторые документы, позволяющие, на мой взгляд, рассмотреть вопросы, связанные с моей личностью и деятельностью, под другим углом зрения. Извольте убедиться, господин Сапфир!
Манасевич-Мануйлов, услыхав свою оперативную кличку, высоко поднял брови и открыл было рот, чтобы поинтересоваться источником такой осведомленности собеседника, но воздержался. Хмыкнув, он покрутил головой и промолчал. Он прошел к двери нумера и запер ее, положив ключ в карман сюртука. Потом с неопределенной улыбкой взял бювар, уселся с ним на козетку, щелкнул замочком и начал быстро просматривать содержимое. Просмотрев, он захлопнул бювар и в упор уставился в лицо Агасферу:
– Государственные облигации, векселя и банковская книжка на предъявителя, зарегистрированные в крупных банках акции… Неплохой набор, Берг! Совсем неплохой! Я, правда, не подсчитывал итоговую сумму…
– Двадцать пять тысяч рублей, господин Манасевич-Мануйлов. Ровно!
– Взятка должностному лицу?
– Прекратите, Сапфир! Вы можете, конечно, поднять шум – а можете и положить бювар в чемодан, забыть обо мне и заняться своим непосредственным делом. – Агасфер вынул из кармана бланк шифротелеграммы, пришедшей ночью на имя Мануйлова. – Можете не трудиться с расшифровкой, господин надворный советник! Как вы знаете, в свое время я имел доступ к кодам военной разведки и посему нынче не лишил себя удовольствия первым поздравить вас!
Мануйлов схватил бумагу, в которой за подписью министра внутренних дел Плеве сообщалось о назначении Мануйлова и Комиссарова директорами Отделения по розыску о международном шпионстве по японскому направлению.
– Я бы на вашем месте поторопился в Петербург, – улыбнулся Агасфер. – Комиссаров – субъект весьма хваткий. Как бы он не убедил высокое начальство за время вашего отсутствия в том, что в новом Отделении будет достаточно и одного директора!
Мануйлов оценивающе поглядел на бювар, перевел взгляд на собеседника.
– Вам не занимать хваткости и деловой логики, господин Агасфер! – процедил он. – Аргументы в вашей подборке хороши, спору нет. Но в них не учтена ваша коммерческая деятельность! Вы являетесь совладельцем консервной фабрики! Весьма перспективное дело!
– Перестаньте жадничать, Сапфир! Фабрика на уровне фундамента, отдача от нее пока нулевая.
– Что ж, Агасфер, вы умеете быть убедительным! – Мануйлов бросил ему ключ от номера. – Кстати, не подскажете, кто на самом деле те несчастные немецкие путешественники, которые имели неосторожность встать на вашем пути?
– Один – гауптман Гедеке, австрийский агент. Второй – ротмистр Терентьев, находившийся в розыске военного суда. Их липовые документы – вот они. Можете записать их разоблачение на свой счет, я не претендую!
– Ну, что ж… Всего доброго, Агасфер! Мне придется доложить его высокопревосходительству, что я вас так и не нашел…
– Благодарю вас. И последнее, господин Манасевич-Мануйлов! – Агасфер открыл дверь номера и в упор поглядел на собеседника: – Если вы нарушите наше соглашение, или причините хоть малейшее зло моей супруге и сыну, я убью вас! Хотите знать – как именно?
– Было бы любопытно, – пробормотал Мануйлов. – Должно быть, вы уже придумали для меня что-нибудь особенное!
– Так казнят предателей в Китае, – с недоброй улыбкой пояснил Агасфер. – Жертве привязывают к обнаженному животу большой горшок и начинают нагревать его, предварительно запустив в горшок крысу. Обезумевшая тварь начинает искать спасения в животе несчастного. Потом…
– Довольно, Агасфер! – содрогнулся Мануйлов. – Я уже понял, что связываться с вами опаснее, чем иметь дело с дюжиной ядовитых кобр.
Когда за Агасфером захлопнулась дверь, Мануйлов раздернул занавеску, разделяющую комнаты, и уставился на двух людей с восточным разрезом глаз.
– Вы хорошо запомнили этого человека?
Хунгузы одновременно кивнули.
– Я нынче же уеду, а вы должны следить за ним, и когда он поедет обратно… В общем, доехать до Сахалина он не должен!
Хунгузы переглянулись.
– Очень опасно вызвать гнев человека с железной рукой, – пробормотал один. – Он убивает врагов с такой же легкостью, как ты давишь ногой таракана!
– Да это просто старые бабьи сказки! – рассердился Мануйлов. – Убить однорукого гораздо легче, чем здорового человека. В конце концов, я вам заплатил! А когда вы выполните поручение, вам заплатят еще!
Выписавшись из лазарета, Сонька вернулась к Шурке-Гренадерше. Теперь, когда будущее и окончательный побег с проклятого острова были финансово обеспечены, ей дышалось легко. В укромном месте в тайге, не слишком далеко от поста, был зарыт сундучок со 150 тысячами рублей. Можно было не торопясь, обстоятельно продумать детали. Впрочем, досадных деталей было предостаточно!
