- Причину нашего взаимного удивления легко отгадать. Вы, конечно, поражаетесь, как это сумасшедшая, если вам сообщили обо мне, может говорить так здраво, а я, - при этом мадемуазель де Кардовилль заговорила в самом сочувственном и как бы почтительном тоне, - я поражена контрастом между благородством вашего языка и манер и тем печальным положением, в каком вы, по-видимому, находитесь. Немудрено, что мое изумление еще сильнее вашего.
- Ах, мадемуазель, - с радостью воскликнула Горбунья, причем глаза ее затуманились слезами счастья. - Значит, это так! Меня обманули: я сама, видя вас, такую прелестную, ласковую и добрую, не в силах была поверить, чтобы такое несчастье могло постигнуть вас... Но позвольте... как вы сюда попали? Как это случилось?
- Бедняжка! - отвечала Адриенна, тронутая вниманием Горбуньи. - А как случилось, что вы с вашим сердцем и умом так несчастны? Но успокойтесь. Не всегда будет так: скоро я и вы, мы займем подобающее нам место. Поверьте, я никогда не забуду, что, несмотря на мучительные заботы, овладевающие вами, из-за безработицы, одна, без средств к существованию, вы подумали обо мне, желая быть мне полезной... И вы, действительно, можете оказать мне большую услугу... я очень рада этому, потому что тогда я еще больше буду вам обязана: вы увидите, как я буду злоупотреблять своей благодарностью... - прибавила Адриенна с прелестной улыбкой. - Но раньше, чем говорить о себе, подумаем о других. Ваш приемный брат в тюрьме?
- Теперь, вероятно, уже нет; благодаря великодушию одного товарища, вчера его отец внес залог и его обещали освободить сегодня же... Но я получила от него письмо еще из тюрьмы, где он пишет, что имеет сообщить вам нечто очень важное.
- Мне?
- Да, вам. Каким образом может Агриколь, освободившись, передать вам?
- Он хочет что-то сообщить мне! - повторила в задумчивости мадемуазель де Кардовилль. - Не могу себе представить, что бы это могло быть. Но, во всяком случае, пока я здесь, я лишена всякой возможности сноситься с внешним миром. Господин Агриколь пока никак не может меня увидеть. Пусть, значит, он ждет, когда я выйду. Кроме того, надо выручить из монастыря двух бедных сирот... более меня достойных участия... дочерей маршала Симона, задерживаемых здесь насильно.
- Вы знаете их, мадемуазель?
- Господин Агриколь, сообщая мне об их прибытии в Париж, сказал, что им пятнадцать лет и что они поразительно похожи друг на друга... Третьего дня, прогуливаясь здесь, по обыкновению, я увидала у окон разных келий, одной внизу, другой наверху, двух заплаканных девушек, сходство которых между собой и какое-то тайное предчувствие навели меня на мысль, что это те самые сиротки, о которых говорил господин Агриколь и которые заинтересовали меня и раньше, поскольку они мои родственницы.
- Они ваши родственницы, мадемуазель?
- Как же!.. Не имея возможности иначе помочь, я старалась хоть знаками выразить им сочувствие. Их слезы и унылый вид прелестных лиц ясно убедили меня, что они такие же невольные пленницы в монастыре, как я в больнице!
- Я начинаю понимать... вы жертва семейной злобы.
- Какова бы ни была моя участь, я заслуживаю меньшего сожаления, чем двое детей... Их отчаяние меня очень тревожит... Кажется, больше всего их мучит разлука... Из немногих слов, сказанных мне сейчас одной из сирот, я поняла, что они жертвы злодейского замысла... Но, благодаря вам появляется возможность их спасти. С тех пор, как я здесь, я лишена возможности общения с внешним миром. У меня нет ни пера, ни бумаги. Но если вы будете внимательно меня слушать, то, быть может, мы сумеем бороться против гнусного преследования.
- Говорите же, мадемуазель, говорите!
- Солдат, привезший девушек во Францию, отец Агриколя, здесь?
- Да. Если бы вы видели его гнев и отчаяние, когда исчезли девушки, доверенные ему умирающей матерью!
- Необходимо, чтобы он воздержался от всякого насилия... иначе все потеряно. Вот возьмите это кольцо. - Адриенна сняла с одного из пальцев колечко. - Отдайте кольцо ему и пусть он сейчас же идет... вы запомните имя и адрес?
- Не беспокойтесь, мадемуазель, не забуду. Агриколь только один раз произнес ваше имя, а я не забыла. У сердца есть своя собственная память!
- Я это вижу, милое дитя! Так запомните имя: граф де Монброн...
- Граф де Монброн... Не забуду.
- Это один из моих добрых старых друзей. Он живет на Вандомской площади, в доме N_7.
- Вандомская площадь, N_7. Я запомню.
