- Не стесняйтесь, пожалуйста, - отвечал метис.
- Вы очень добры! - сказал Роден; пробежав глазами ответ, он написал на нем несколько слов и, отдавая слуге, прибавил:
- Послать по тому же адресу.
Слуга поклонился и исчез.
- Можно продолжать? - спросил метис.
- Пожалуйста.
- Итак, я продолжаю... Третьего дня, когда принц, несмотря на свои раны, решился по моему совету ехать в Париж, в замок явилась карета с богатыми подарками для Джальмы от неизвестного друга. В карете приехали Два человека: один от неизвестного друга, а другой... доктор от вас, посланный сопроводить его в Париж... Это очень милосердно, не так ли, брат?
- Продолжайте, месье...
- Джальма выехал вчера... Объявив, что принц должен ехать лежа, чтобы не ухудшить состояния раны, доктор выжил из кареты посланца от неизвестного друга, который поехал отдельно; ему хотелось выжить и меня, но Джальма настоял, чтобы я остался с ним. Мы втроем и двинулись в путь. Вчера вечером мы добрались до половины пути, и врач счел необходимым переночевать в гостинице. "Мы, конечно, успеем добраться до Парижа завтра к вечеру", - успокаивал он Джальму, который сказал, что ему необходимо быть здесь вечером 12 февраля. Ввиду того, что доктор очень желал ехать с принцем один, и, зная из писем господина Жозюе, как важно для вас, чтобы Джальма не было здесь 13 февраля, я начал кое-что подозревать. Спросив доктора, знает ли он вас, и заметив его смущение, я получил полную уверенность, что мои подозрения основательны... По приезде в гостиницу, пока врач был занят с принцем, я забрался в его комнату и в числе его склянок нашел одну с опиумом... Я все понял.
- Что же вы поняли, месье?
- Сейчас узнаете... Уходя, доктор сказал принцу: "Ваша рана в отличном состоянии, но путешествие может вызвать воспаление. Недурно будет завтра днем принять успокоительную микстуру, которую я приготовлю сегодня же, чтобы она была под рукой". Расчет у доктора был очень простой, - прибавил Феринджи. - На другой день (т.е. сегодня) принц, приняв лекарство, заснет глубоким сном... в пятом часу вечера... а доктор остановит карету и объявит, что этот сон его тревожит и необходимо остановиться... Ночь мы проведем снова в гостинице, а позаботиться о том, чтобы принц не проснулся ранее удобного для вас часа, было бы для врача нетрудно. Вот каков был ваш замысел. Он так мне понравился, что я решил воспользоваться им. Мне это удалось.
- Все, что вы тут рассказываете, месье, - сказал Роден, покусывая ногти, - для меня китайская грамота?
- Вероятно, мешает мое дурное произношение!.. Скажите... имеете вы понятие об array-mow?
- Нет.
- Очень жаль. Это один из превосходных продуктов острова Ява, богатого разными ядами.
- Но мне-то что за дело до всего этого? - резко ответил Роден, едва справляясь с усиливающейся тревогой.
- Очень большое дело! Мы, сыновья Бохвани, ненавидим кровопролитие, отвечал Феринджи. - Для того чтобы без борьбы надеть петлю на шею жертве, мы ждем, чтобы она заснула... Если сон недостаточно глубок, мы его усиливаем по своей воле, причем действуем очень ловко: змея не проворнее и лев не смелее нас. Джальма носит на себе следы нашей ловкости... Array-mow - мельчайший порошок. Несколько пылинок, вдыхаемых во время сна или примешанных к табаку, погружают человека в такой сон, из которого его ничем не выведешь. Можно даже вдыхать его понемногу несколько раз в течение сна, чтобы не дать сразу слишком большой дозы, и таким образом продлить сон человека на столько времени, сколько можно без опасности прожить без пищи... т.е. на тридцать или сорок часов... Видите, насколько груб по сравнению с этим опиум... Я привез немного этого дивного порошка с острова Ява... так, из любопытства... конечно, не забыв захватить и противоядие...
- А есть и противоядие? - спросил машинально Роден.
- Конечно, есть, как есть люди, нам противоположные, брат доброго дела. Яванцы называют сок этого растения touboe. Он так же рассеивает сон после array-mow, как солнце рассеивает тучи... И вот вчера я забрался ползком в комнату врача и дал ему понюхать array-mow... он еще и теперь спит!
- Несчастный! - воскликнул в ужасе Роден, так как Феринджи нанес страшный удар по махинациям социуса и его друзей. - Но вы рисковали отравить доктора?
- Да, брат, настолько же, насколько он рисковал отравить принца Джальму. Итак, сегодня утром мы уехали, оставив доктора в гостинице крепко спящим. Мы были вдвоем в карете с Джальмой. Как всякий индус, он много курит; несколько пылинок array-mow усыпили его, и теперь он спит в гостинице, где мы остановились, и будет спать, пока я хочу... Все будет зависеть от вас; если вы исполните мое требование, принц не проснется до завтрашнего вечера и не будет на улице св.Франциска, иначе я разбужу его сейчас же.
С этими словами Феринджи вынул из кармана медаль Джальмы и, показав ее Родену, прибавил:
- Видите, я снял медаль с шеи спящего принца... без нее он не будет знать, куда направиться... Теперь я кончу тем же, с чего начал: брат, я пришел у вас потребовать многого!
