Так что письмо было доставлено, можно сказать что прошение большей части здесь сидящих доведена до руководства. Так что остаётся только ждать и верить! Тем более вера это сейчас … по-нашему! Думаю, что администрация и сама толком не знает, что делать и как поступить в данной ситуации.
Разрешить просмотр в неположенное время непонятного фильма, который к показу министерства юстиции Кореи не одобрен, да и положа руку на сердце одобрен вряд ли когда-нибудь будет. Это, с одной стороны.
Но с другой стороны возможно то же недовольство среди осуждённых. И как бы это самое недовольство, не выплеснулось во что-то совсем нехорошее, по сравнению с которыми просмотр фильма окажется так, лёгким развлечением. Так что здесь для администрации тюрьмы пока не ясно, что для них будет лучше, а что хуже?
К тому же как народ обычно поступает, когда ему что-то запрещают? «Запретный плод сладок» - это выражение вполне актуально и для Кореи. Все постараются правдами и неправдами посмотреть это кино. Ну а те, кто не увидит будет питаться слухами и пересказами счастливчиков, которые посмотрели сей надеюсь шедевр.
А когда одна бабка сказала другой, а та третьей то в окончательном виде информация может иногда приобрести такие причудливые виды что остаётся только диву даваться и спрашивать у окружающих в стиле Шурика из советского кино – «Простите, а часовню тоже я развалил?» Но не удивлюсь, что здесь в отличие от оригинала можно будет получить в ответ – «Ну конечно же ты, а кто же ещё у нас сотрясётесь часовен и устоев?»
Так к чему весь этот спич-анализ? К тому, что слухи и домыслы могут приобрести такие невероятные и странные формы, что посмотревший позже уже вдруг разрешенный фильм скажет – «Что это вы мне подсовываете урезанную цензурированную версию? А где сцены, где Агдан избивают в тюрьме Анян и после этого закидывают в карцер? Где продолжение сцены драки в столовой с сестрами Ли, когда с неугомонной Агдан пасует даже охрана тюрьмы Анян, огребая от неё по полной? И где битва в душевой с Ряхьей и Шарбьей, говорят, что в первой версии она точно была! Ну и где в конце концов штурм порта Пусан Годзиллой, и потопление им части корейского военного флота?»
Ну и так далее и тому подобное. Людская фантазия в передаче информации по принципу – «Одна бабка сказала», она и не такое может нафантазировать. А когда эта фантазия при этом еще разбавлена частичной правдой, то это ну очень такой забористый коктейльчик получается. Глотнешь его и побежишь штурмовать тюрьму Анян, ну или Голубой дом.
А все из-за чего? Тюремное начальство и вообще власти озаботились цензурой и сейчас впаривают нам урезанную версию фильма. Опять обман люди добрые, энто что-же такое делается! Помогите нам люди добрые и отличные, люди … заграничные!
Конечно я может все несколько преувеличиваю, возможно, что и не такая будет реакция у посмотревших фильм уже намного позже времени его выхода. Но вот возможные неприятности, я бы на месте осторожного тюремного руководства, исключать бы точно не стал.
Поэтому премьеру, которая состоится через пару дней, надо всем смотреть в момент ее выхода, в этот день она точно пройдёт без купюр, прикрас и цензуры. Так что желательно все это смотреть именно в тот день и час, когда её и представят всему миру.
Как по мне, так это лучший выход из возможных непоняток в будущем. К тому же из этого и сама администрации тюрьмы может извлечь бонусы. А что? К примеру, посмотрят фильм только те, кто хорошо работает на производстве и при этом не нарушает дисциплину.
Или как вариант посмотрят ещё и те, кто пообещает, не официально конечно, в следующие три месяца перевыполнять план минимально на 15-20 процентов!
Вот тебе и политика кнута и пряника в действии. Но это всё конечно на мой непрофессиональный взгляд. У руководства тюрьмы и его руководства в Минюсте, на это вполне могут быть свои, несколько специфические взгляды. Так что подождём их решения. Тем более, до планируемой премьеры, как я уже говорил, остаётся не так уж и много времени.
Ну и пора, пора уже администрации сделать ответный шаг на коллективную просьбу народных заключенных масс женской тюрьмы!
«Женщина тоже зритель!» – так, по-моему, скандировали жены ковбоев в старой и популярной комедии с Андреем Мироновым в главной роли?
Ну если совсем немного перефразировать этот женский клич, то, можно сказать и немного по-другому - «Осужденные девушки тоже зрители и ничто прекрасное им не чуждо!»
Прекрасное здесь, как вы понимаете, это конечно же фильм имени меня. А вот насколько я не «чужда» им, да и всему этому миру заодно, скорый просмотр фильма в прямом эфире может замечательно это все показать.
