Даже жаль немного что покидает нас именно ХэСук, кроме звания лучшей подруги БонСу, она от меня вполне заслуживает и звания лучшая танцовщица, которая помогала мне в постановке танцев для этих самых цветочков из городской школы №2. Ну после меня и БонСу, разумеется.
ХэСук даже всплакнула немного, покидая такой дружный и приятный коллектив как наш, и сказала, что может скоро вернется если на воле ей не понравится, отчего мы все ее разумеется дружно отговаривали.
Я, уже давно знал все эти ее мрачные мысли по поводу предстоящего освобождения. На свободу ее тянули только старая и к счастью живая мать и младшая сестра, а еще там насколько я знаю, ждут ее какие-то трудности, связанные со старыми «друзьями».
Впрочем, я попросил ГаБи, через господина адвоката само собой, встретить её и если надо будет, то как-то помочь ей, всеми возможными ресурсами. Короче любая помощь, в том числе и финансовая, я-то теперь точно не обеднею от благотворительности для одной нуждающейся уже бывшей заключённой.
Конечно же какие-то деньги при освобождении на руках у нее будут, и подозреваю что основная сумма – это награда за победу «гибискусов» в танцевальном конкурсе, я вроде говорил, что финансово наградили всех сопричастных к этой победе, включая и мою тюремную группу подтанцовки.
ХэСук не в курсе кстати этой моей щедрости и заботы о ней, как кстати и её подруга БонСу, пусть будет этаким сюрпризом по выходу, главное, что это будет сюрпризом приятным!
Ну, а второе имя уже сегодняшнего продуктового изобилия - ХаЮн, что в переводе с корейского на русский довольно красиво, я бы даже сказал, что романтично, звучит как «Лето в сочетании с небом». И вот эта самая Шим ХаЮн и заменила нашу вчерашнюю ХэСук освобождённую, оперативно надо сказать, после той еще и тонкий тюремный матрас остыть не успел.
Да и вчерашняя феерия вкуса от ныне свободной нашей подруги уже давно канула в небытие причем естественным, так сказать, путем. Это и понятно, во-первых, сидящих на диете вокруг меня попросту нет, во-вторых правила внутреннего распорядка не позволяют нам оставлять что-то из еды на следующий день, ну а в-третьих в нашем коллективе это к тому же еще и просто невозможно по причине наличия в нем такого персонажа как Пак ЧэИн, ну или храброй портняжки как я еще ее называю.
Хотя можно смело назвать ее и утилизатором еды, причем на термоядерной тяге, поэтому неудивительно что от вчерашней роскоши на фанерном столике ничего нет.
Но зато есть роскошь сегодняшняя! И она тоже неплохо выглядит, и опять на столе лакомства корейско-европейского розлива. О, насчет розлива, есть и принципиальное отличие от вчерашнего банкета, а именно напиток!
В кои веки вместо тюремного безвкусного напитка чайного цвета мы пьем реальный чай, причем надо сказать совсем неплохого качества и вкуса. Типа черный крупнолистовой и с добавлением туда еще каких-то трав, типа чабреца, мяты, и, по-моему, ещё душицы ну и других травок возможно тоже, в этом я увы совсем не Копенгаген.
Но надо признать, что чай очень вкусный, можно даже сказать, что не просто чай, а Чай с большой буквы! Такой и за столом у бабушки Мурены был бы вполне уместным, ну а о нашем Анянском чаепитии я вообще скромно умолчу.
Сегодняшнее питие, как я понимаю, это тоже подгон нашему «обчеству» от этой «лето с небом», ну ладно, уточнить у нее самой это в принципе можно, а заодно и разговор начать.
- Вкусный чай. Чувствуется сразу, что специалист его составлял. – небрежно роняю я. – Ты с собой его притащила? Потом мне адресок дашь где его брала, может туда загляну как буду свободной, очень неплохой купаж, до этого в Корее только в одном месте я пила что-то подобное.
- Спасибо вам Агдан-сонбе. – в лучших традициях корейского общества кланяется мне наша новая соседка, не забыв встать при этом. – Очень приятна мне ваша похвала. Потому что этот чай на самом деле я делала сама и специально для таких хороших людей как вы. Моя бабуля была известной травницей в деревне где жила, вот и меня научила этому искусству пока была жива. Она кроме целебных отваров еще и травяные чаи вкусные и полезные делала, за ними к ней даже из города приезжали. По-современному ее назвали бы сейчас титестером, но она всегда считала себя обычной деревенской травницей. Я вот тоже кое-чего нахваталась у нее в этом искусстве заваривания и смешивания чая с травами, совсем немного правда.
