По сути мы сейчас имеем дело с бойкотом мирового сообщества, в первую очередь со стороны относительно молодых людей. Замечу, именно той самой части общества, которая в основном и является активным пользователем и соответственно покупателем нашей продукции.
И знаете, что я вам скажу? Молодёжь всегда будет протестовать, для неё не всегда даже важно против чего или кого будет направлен этот протест. На спасение китов, на помощь голодающим в Африке, на кровавого африканского диктатора что эксплуатирует своих поданных, ну или вот как в данном случае - на несправедливый в их глазах приговор суда для талантливого и невиновного человека. И ключевое здесь слово несправедливость!
Небольшая пауза, немка вздохнув продолжает дальше.
- Как считают все эти протестующие, эта несправедливость она априори оправдывает все их действия, и в первую очередь в их собственных глазах. Я смотрела кстати этот фильм, «Агдан. Лунная роза», как только он вышел, точнее смотрела его немецкую версию, и надо сказать что он произвел на меня очень сильное впечатление.
Это замечу на меня, взрослую и состоявшую женщину. Представляете какой эффект он оказал на подростков и молодых людей? Очень сильный, все они возмущены той несправедливостью, которую допустили в отношении талантливой девушки заточив ее в тюрьму.
И эти вот ролики «Не покупай корейского», они в некоторой степени как продолжение этого фильма, они также очень эффективно на мой взгляд воздействовали на умы и сознание молодежи во всем мире. И разумеется в том числе и на потенциальных покупателей и пользователей нашей продукции.
И что самое мягко говоря неприятное во всей этой ситуации, может оказаться так, что сжигание б/у машин корейских проявителей и утопление в огненном чане разных корейских смартфонов и телефонов, в том числе и нашего бренда, все это может оказаться только началом этакого самого движения, которое будет набирать еще большие обороты.
Оно конечно рано или поздно пойдет на спад, но вот когда это произойдет мне честно говоря непонятно. Да и в каком состоянии будет наша корпорация, когда это случится? Может мы уже окажемся не в числе лучших в мире, а где-то в конце сотни, или вообще банкротами. Здесь мне даже трудно что-то предполагать.
- Что-то совсем не радостные перспективы вы нам нарисовали, госпожа Барб. – сказал ДжэЁн. - Нет, в принципе понятно, что они у нас не сказать, что хорошие, как раз с точностью до наоборот. Но возможно у вас есть и конкретные предложения, как нам всем выйти из этой неприятной, мягко говоря ситуации, выйти с минимальными потерями?
- Надо думать. Чем мы можем ответить на этот вызов. Или в данной ситуации как поступить чтобы в мире поклонники Агдан не воспринимали нашу корпорацию как ее врага, надо чтобы все считали нас ее другом. А для этого надо показать всему миру что мы на ее стороне.
- Но госпожа Барб. – несколько удивлен и даже возмущен нынешний глава корпорации. – Вы может плохо знакомы с корейской реальностью, но если мы открыто подержим Агдан, то мы в какой-то степени выступим против нашего государства, раз мы считаем, что ее осудили незаконно, значит суд был несправедлив, а суд — это государственная структура, к тому же это был военный суд, а это в Корее тоже очень много значит.
Поддерживая Агдан, мы можем поиметь много неприятностей от бюрократов из самых значимых кабинетов страны. Как на то что мы ее поддерживаем посмотрят уважаемые люди в правительстве, парламенте, различных министерствах, ну и сама госпожа президент?
Если мы выступим на стороне этой, пусть и неординарной девушки, то может оказаться так что мы выступим против судебной системы нашей страны, а то и против нашего правительства и президента. Потеряем так сказать свое лицо. А такое может плохо отразиться на их отношении к нам. Сейчас-то у нас с этим всё в порядке, все как говорится схвачено.
В настоящее время к тому же выполняем крупный заказ на полное обновление компьютеров в школах и высших учебных учреждениях, поставляем оборудование и другую технику для армии и лечебных заведений страны. И что тогда может быть со всеми нашими действующими контрактами, в случае открытой поддержки нами Агдан? Не начнётся ли их саботаж и прочие неприятные для нас вещи?
- А что будет, если нашу продукцию в других странах просто перестанут покупать? - прервало нынешнее руководство, руководство прошлое. - Я думаю, что все присутствующие здесь прекрасно знают, что наши основные продажи приходится совсем не на Корею. На Корею сейчас … сколько в процентах от общего объема продаж сейчас приходится на нашу страну?
- В последний отчётный период это было что-то около 8 процентов. – отвечает госпожа Барб.
- Хм, 8 процентов? – несколько удивился Ли ГонХи. - Мда, я помню если мне конечно не изменяет память, что раньше, при мне, это было где-то в районе 15 процентов. А сейчас почти в два раза меньше! Но это значит, что ситуация на самом деле ещё хуже, чем я себе это представлял.
