— Я? — возмутилась девушка. — Ничуть, я верю Агдан. Хорошо я согласна, пари так пари! Джеймс и Робин разбивайте!
— Подождите. — возмутился Джеймс. — Не спешите, а предмет спора? Что на кону, это же тоже надо обговорить. Победивший должен что-то получить, не только моральное удовлетворение.
— Хорошо! — Эми посмотрела на Гордона и деловито уточнила. — Твои условия?
— Ну. — задумался тот. — Ладно, если побеждаю я, то про Агдан в нашей группе ты больше никогда не говоришь, по крайней мере в рабочее время. И еще четыре месяца перед началом выступления нашей группы говоришь всем собравшимся зрителям что Гордон Самэр самый талантливый музыкант в Лондоне, и как тебе повезло что ты поешь с ним в одной группе!
— Согласна. — после небольшой паузы кивнула девушка. — Тогда мои условия. Побеждаю я, ты прекращаешь рассказывать небылицы типа про проект Агдан и про нее саму тоже перестаёшь нести не пойми что. Только хорошее разрешается! Ну и второе условие, все заработанное нами на улицах мы делим пополам, и половину из этого отправляем в течении… четырех месяцев на этот счет Агдан во французском банке. Ну что? По рукам?
На что слышит от лидера группы.
— Ну свою половину я готов отправлять все эти четыре месяца, если конечно проиграю, но вот решать это за парней мне кажется не совсем правильно, ты не думала об этом? Это же и их деньги в том числе, может надо у них спросить? Им это может и не понравиться!
— Давай спросим. — покладисто соглашается Эми. — Ну что парни? Если новая песня от Агдан вам понравится, вы готовы в этом случае отдавать 4 месяца половину заработанного на ее счет? Как автору и исполнителю понравившейся вам песни и как замечательному человеку? Робин, Джеймс?
— Ну в принципе я не против. — пожал плечами Робин. — Если песня что говорится мне зайдет, то почему бы и не помочь в какой-то степени сестре по ремеслу. Но предупреждаю, я буду очень и очень строгим критиком, просто так я свои будущие денежки не отдам.
— Принято. — говорит Гордон. — Песни песнями, а кушать тоже иногда сильно хочется, согласен с Робином. Ну, твое слово, господин Джеймс!
— Я тоже согласен. Тем более это я предложил вам поспорить, так что я готов нести ответственность за это, ну и траты если проиграет Гордон. И еще добавлю немного не по теме. Гордон говорит, что существует проект Агдан, на который работает куча народу, а Эми считает, что это все творит гениальная девушка в гордом одиночестве.
Не знаю, как все обстоит на самом деле, но посмотрите на это все, с другой стороны. В любом случае нам становятся доступны разные замечательные произведения, это то что уже всегда будет с нами! Агдан это придумала или нет для меня неважно, главное благодаря этой прекрасной музыке мир стал немного лучше, и мне как начинающему музыканту это очень важно! Поэтому я в любом случае готов подержать автора, ну или… авторов этих отличных произведений.
Но, да, также, как и Робин, судить новое произведение девушки буду честно и непредвзято, и дело даже не в деньгах, просто я за прекрасные песни и музыку, поэтому критиком и судьей буду строгим, но справедливым!
Пауза, которую вскоре неожиданно прерывает Робин.
— Эй ты строгий критик и судья, и вы парочка спорящих. Мы скоро узнаем кто из вас победил в этом пари, до начала новой песни от Агдан меньше минуты осталось!
Он театральным жестом показывает на экран, на котором отчет действительно уже близится к концу, сейчас там мелькали цифры 45, 44,43.
— Ладно, давайте рассаживаться, скоро уже начнется. — говорит Эми на правах хозяйки.
Все торопливо следуют этому совету, стремясь занять места получше перед монитором старенького ноутбука. Наконец усевшись все завороженно смотрят на тающий отчет 4,3,2,1… и все, но пока тишина, экран просто черный…
— Ну и что? Где все? — первым не выдержал нетерпеливый Робин. — Что там у них не срослось что-то?
— Потерпи немного. — несколько раздраженно отвечает Эми. — Не видишь что-ли…
Эми замолчала, потому что монитор наконец засветился и на нем предстало смутно знакомое помещение, в котором сидя на стуле и держа в руках гитару сидела она… сама Агдан. Которая в этот раз была одета в обычную оранжевую робу заключенной. Этакий полностью тюремный прикид, из которого несколько выбивалась только гитара.
Посмотрев в камеру внимательным взглядом, она неожиданно тепло улыбнулась и произнесла… на корейском.
— Аньёнъ-хасимника!
Компьютеры, планшеты, смартфоны и прочие электронные носители сейчас у многих людей в мире, но что их роднит между собой сейчас, это одинаковая картинка видеотрансляции, посмотрим и мы!
— Аньёнъ-хасимника! — поприветствовала кумир уже многих людей в мире.
К счастью для многих поклонников девушка сразу перешла на английский язык, правда при этом и субтитры никто не отменял, которые к огорчению части людей на планете были всего на трех языках — корейском, японском и французском.