– Ушел, – на этом месте она, судя по всему, затянулась сигаретным дымом, – пусть только попробует не вернуться к рассвету, или поехать в другую сторону – отведает сковородки. Как бы к путанам своим не удрал.
Далее шел длинный разговор о том, как Адам все-таки плохой, но как жена его при этом любит. Муж молча улыбнулся и вышел во двор. Там он открыл гараж, откуда выехал на стареньком форде прямо по направлению к предместьям, хотя работал он в центре города. Жена, которая наблюдала за этим из окна, вздохнула, после чего пошла на кухню, где открыла новую бутылку вина. Её и подружек ждал долгий разговор, полный интересных подробностей об Адаме. Но сам этот разговор не представляет интереса в контексте этой истории. Скоро Адам должен был встретиться с одним человеком.
Весь этот день Лилит провела в беспокойстве у себя на квартире. Спасаясь от жары, она бродила по комнате, махала веером и ставила пластинку с прохладной музыкой. От беспокойства она пила особый коктейль, состоящий из лучших успокоительных средств тех лет: героин, морфий и опиум в водке. Такой коктейль обычно давали детям, чтобы успокоились, но Лилит считала, что взрослым такая смесь помогает не меньше. Зависимости от составляющих коктейля у девушки не появлялось, хотя её много раз предупреждали о возможности появления. Быть может, Лилит просто не замечала зависимость, ведь пить данное средство ей приходилось довольно часто.
Принятые меры помогли Лилит дожить до судьбоносного вечера. Перед тем, как отправится в путь, ей предстояло еще одно дело. Входная дверь опять открылась с ноги, а в квартиру ввалилась пьяная туша её мужа. Все прошло быстро: об пол разбилась бутылка виски, об стену – любимая виниловая пластинка Лилит, муж упал лицом вниз на диван, мгновенно заснув. Лилит накинула на спящего мужа одеяло, пошла в ванную, накрасилась, надела на себя белый плащ и большую белую шляпку и покинула квартиру своего мужа.
Адам ждал во дворе. Он стоял, опершись на капот машины. Лилит застенчиво, опустив глаза, подошла и села в машину. Адам за ней. Они тронулись, покидая город тусклых, осуждающих огней. Пока они были в пути ни Лилит, ни Адам не посмотрели друг на друга. Он сжимал-разжимал руки на руле, она усердно ломала себе руки. Обоим им было двадцать семь лет, оба состояли в браке. Адам был высоким, широкоплечим мужчиной с короткими светлыми волосами. Глаза его были темно-зеленого цвета. Лилит была куда ниже Адама ростом, волосы её были темными и длинными, а глаза – голубыми. Когда она вышла, волосы её были заправлены в строгую прическу, но в машине Лилит распустила их, обнажив водопад черного шелка.
– Думаешь, они видели? – застенчиво спросила Лилит,– я видела тени в окнах…
– Видели, наверняка видели, но это уже не важно.
– Не важно, – кротко повторила она вслед за ним,– наконец-то.
Их машина плыла по ночному шоссе, унося Адама и Лелит все дальше. Они свернули на проселочную дорогу, после чего заехали в лес. В итоге они прибыли на берег ночного озера, в котором отчетливо отражались луна и звезды. Оба уселись на капот форда, взявшись за руки. Они любовались ночным озером.
–Ты все приготовил?
– Да, но сейчас не до этого, просто посмотри, какая красота, – отвечал Адам, оставляя загадку в своем голосе. Они молчали.
– Эх, улететь бы на Марс,– вдруг проговорила Лилит.
– Мы бы сбежали туда…
– Не раздумывая.
– Прошлись бы под яблонями Марса, взобрались бы на Олимп.
– Босиком по красным пескам.
Они молчали, а звезды кружили на небе, созвездия танцевали вальс.
– А ведь мы как Тимин с Аденином,– смеясь, Адам прервал тишину.
– Хи-хи, или Гуанин с Цитазином,– отвечала Лилит.
– Эх, думалось мне, что стану известным врачом, буду побеждать смерть.
– А я – хорошей медсестрой.
– Что же стало с нашими мечтами? – механик и секретарша.
– Души наши устали, а тела износились…
– Ныне я понимаю, что наши устремления – ничто. Сейчас мне просто хочется путешествовать.
– Столько мест: пирамиды, Колизей, Эйфелева башня, Гранд-каньон, Амазонка, Байкал. Слышал о Байкал? Это озеро в России, такое чистое!
– Хочу в Японию…
Диалог их был долог, они мечтали, пока слезы текли по щекам, контрастируя с улыбками. Мысленно Адам и Лилит облетели весь земной шар. Они затронули почти все темы в этом разговоре. Кроме одной. Небо на востоке начало светлеть. Тогда Лилит села в машину. Через некоторое время к ней присоединился и Адам.
– Все. Установил. В путь.
Они поцеловались и взялись за руки. Адам завел мотор и в герметичный салон машины от выхлопной трубы через шланг пошел сладкий дым.
1.
– Почему?! Почему? Как все это могло повториться? – мужчина номер 37 был в истерике. Все время пребывания в Цис-лагере он терпел, вел себя тихо и сносно, но теперь, когда его приговорили к «трансплантации терпимости», он не выдержал, – Как мы не видели, то грядет? Об этом нам писали великие! Вспомните Солженицына, Ремарка, Кенилли. Всё сказано, всё написано, но человечество осталось слепо!
