Мне вновь пришлось уходить в рывок, вот только если раньше я отступал назад, или в сторону, сейчас я изменил траекторию, взлетев вверх. Перекрутившись в воздухе, я оттолкнулся ногами от потолка, набирая скорость, и на манер падающего супермена, с выставленным перед собой кулаком левой руки, рухнул на противника, подкрепляя свой удар техникой вакуумного взрыва. Защита твари выдержала, хотя и значительно просела.
Кувырком в сторону, я увернулся от ответной атаки когтистой лапы, а следом сдвинув тело чуть в сторону, пропустил в нескольких сантиметрах от себя и чертов клинок, который в очередной раз вскрыл мой доспех духа.
Схватив оппонента за массивную кисть, закованную в тяжелую броню, я создал рычаг, и нанес прямой удар ногой в ребра твари, добавив к своему удару вакуумную технику. Магическая защита твари задрожала, грозясь упасть. Я уже хотел было нанести повторный удар, но в этот момент мне прилетел ответный пинок, впечатавший мою тушку в стену. От увечий спас вовремя восстановленный доспех духа.
Не давая времени мне прийти в себя, тварь атаковала колющим выпадом кинжала, метя мне в живот. Лишь поочередно, три рывка подряд позволили мне уклониться, сперва от этого выпада, а затем и от нескольких горизонтальных махов проклятым оружием.
Последний рывок был назад. Серый ломанулся вдогонку, но здесь его уже встретил лес ледяных копий. Вода имеющая температуру близкую к абсолютному нолю, вырвались из пола, тараня защиту твари. И если сами иглы сосулек не нанесли никакого урона, то вот холод в одно мгновение заморозил часть тушки серого. Уловив момент, когда тварь замешкалась, я выпустил кинетические нити, которые стянули конечности твари, тем не менее не способные продавить вражескую защиту. Но это уже и не требовалось, ведь у меня появилась новая идея.
Я ломанулся к противнику, и принялся наносить по нему удары рукой, и ногами, дополняя каждый удар, выбросом холода, который проникал сквозь вражеские щиты, вымораживая тушку оппонента. Тот смог продержаться буквально семь секунд, за которые я нанес не менее двадцати ударов. Последний удар ногой в голову, пробил защиту и… черт! Да он разбил голову серого, словно та была фарфоровой вазой.
Тем временем Котова зажимали в тиски, он уже с трудом сопротивлялся двум опытным противникам, хорошо умеющим работать в паре. Твари прижали наставника к стене, поочередно атакуя, и не давая возможности сменить свою позицию.
Подхватив с пола кинжал поверженного противника, я поморщился от накрывшей меня волны отвращения и гнили, но превозмогая себя, ломанулся вперед.
И вот, пока мой кинжал впивался в спину ближайшей твари, вторая, подловила Михаила на противоходе и полоснула по руке, за что тут же поплатилась. Михаил перехватил руку серого, после чего создал рычаг давления, заставляя тварь согнуться, ну а в следующее мгновение мой кинжал вонзился в затылок последнего противника.
— Ты как? — Отпустив рукоять кинжала, спросил я, чувствуя, как ком тошноты медленно отступает от горла. Как по мне, еще немного и я бы начал блевать собственными внутренностями.
Михаил не ответил. Он стоял, тяжело дыша, держась за порез из-под которого текла алая кровь, а поверх нее парило серое марево.
— Норм… — попытался ответить наставник, но его глаза подкатились вверх, а тело задрожало словно в эпилептическом припадке. Изо рта же пошла кровавая пена все с тем же серым маревом.
— Какого хрена? — Спросил я, бросаясь к Михаилу и начиная, остервенело вливать в него энергию жизни, но она уходила словно в пропасть, в то время, как серое марево постепенно начинало окутывать все тело наставника. — Черт! — Чувствуя отчаянье в душе, вырвалось из самого моего нутра.
Тем временем, это гребанное марево коснулось моего доспеха духа, с легкостью прожигая в нем дыру. Пришлось резко отстраниться от тела наставника.
«Таймер» — пронеслась в голове предательская мысль.
Несколько мгновений я стоял перед телом Котова, борясь с самим собой. С одной стороны было тяжело бросить его здесь, вот так, а с другой, нужно было срочно убираться. До атаки оставалось каких-то две минуты, так что становился уже вопрос, выживет хоть кто-то из нас, или же мы оба останемся здесь.
Черт! Оглядываясь назад, я уверен, что Котов мне сказал бы валить, да еще и подзатыльник бы отвесил, чтоб глупостями, по его мнению, не страдал. И в то же время, я не знаю, как бы он поступил на моем месте. Бросил бы? Или попытался бы спасти? За то недолгое время нашего знакомства, я успел прикипеть душой к этому человеку. В каком-то смысле он смог заменить мне моего покойного отца.
— Прости. — Только и смог бросить я, видя, как тело Михаила уже полностью поглотило серое марево, сквозь муть которого уже ничего не было видно.
