До нужного нам отворота, дороги, который вел вглубь джунглей, мы ехали, наверное, порядка часов двух. Эта поездка как раз закончилась около четырех часов дня по местному времени, так что, как и планировалось еще в полете, мы остановились в небольшом отеле, откуда уже на следующий день планировали отправиться в экспедицию. Буквально в трех часах езды по пересеченной местности, находился вход в так называемые местными «свободные джунгли», и что было не очень приятно — законы Аль Варбена, там уже не работали. Ну, оно вроде как и понятно — в джунглях может быть лишь закон джунглей, но все же… осадочек это понимание оставляло, вполне себе ощутимый.
С другой стороны, я от чего-то холодно отметил мысленно, что вот там, в джунглях, сбросить хвост из местной СБ, будет безопаснее всего, в том числе и кардинальным методом. И вот эти мои мысли, меня даже как-то поднапрягли. Такой кровожадной отстраненности к ценности человеческой жизни, я как-то ранее не испытывал. И признаюсь честно, мне она совершенно не понравилась, а потому я дал себе зарок, не решать вопрос кардинально. Тем более, что такое решение влекло за собой не самые радужные последствия в дальнейшем. Пусть доказательств не будет, но осадочек… осадочек останется.
Остаток дня прошел без происшествий, разве что ребята из нашего хвоста, были вынуждены, остановится в том же самом отеле. Не профессионально, скажет кто-то? Да. Это не профессионально. Вот только когда такой отель всего один — вариантов нет.
Николай Анатольевич сидел над бумагами, распечатками и своим планшетом, в который успел загрузить необходимые для нашей экспедиции данные. Я сидел рядом и пытался вникнуть в суть этих записей наравне с ним. Понятно, что знаний мне определенно не хватало, но общую суть я уловил. Идти нам придется долго. И фраза «там не ступала нога человека», отчасти правдоподобно описывает местность.
— Вот смотри. — Указывал мне на спутниковые снимки местности Харламов-младший. — Вот здесь находится гора, которая с местного наречия переводится, как клык.
— Вижу. — Кивнул я, рассматривая ту самую скалу, что возвышалась над джунглями, как тот самый клык.
— Вот от него, нам необходимо идти на северо-восток. — Прочертил пальцем линию в нужном направлении профессор. — Где-то на этом пути мы должны будем встретить какой-то мегалит. Вроде как по описанию смахивает на пирамидальную структуру. И вот уже от нее, нужно пройти на северо-запад. Там и будет какое-то строение, или же пещера…
— То есть, вы даже не знаете, что именно мы ищем? — Спросил я, только сейчас осознавая, что мы отправились искать иголку в стогу сена, без магнита и зажигалки.
— Ну, не совсем. — Почесав указательным пальцем висок, ответил Николай Анатольевич. — Я когда увижу сразу все пойму. Да и думаю, что по дороге должны будут встречаться какие-то знаки. Все же сами орденцы должны были оставлять какие-то пометки своего маршрута.
— Ага. — Кивнул я, с ироничной улыбкой на губах. — Они и карту могли составить.
— Так мы по ней и следуем. — Пожав плечами, ответил профессор. — Или ты думал, я просто придумал, куда именно идти? Пойми, просто это джунгли. Здесь любая тропа за десять лет, может зарасти так, что ты ее уже больше никогда не найдешь. А из того, что я успел узнать, базы «Рыцарей Папоротника» служили некими жилищно-складскими помещениями, в то время, когда они проводили свои исторические изыскания.
— Вот как-то не легче, мне от этой новости. — Протянул я, все еще испытывая определенный уровень скепсиса от такого расклада сил. Но кто же меня будет спрашивать? Никто. Есть задача, и ее нужно выполнить. По крайней мере, именно так я себя и успокаивал.
Разговор это между нами уже происходил в восьмом часу вечера. Я попивал местное пиво, и внимательно следил за залом ресторана, в котором мы сидели, а потому смог заметить и странную группу. Судя по языку и акценту, это были выходцы из одной очень неприятной лично мне Республики. Ардонской естественно. И вот их нахождение здесь, заставляло меня напрячься.
Но это так, чепуха. Кроме того, что эти ребятки определенно прибыли сюда в спешке, да еще и прибывали не сразу всей своей группой, а по частям, собираясь за сдвинутыми вместе столами. Уже через пару часов, я смог насчитать порядка двадцати человек, среди которых были, в том числе и женщины.
— Там профессор Эндрю Лайтинг. — Шепотом сообщил мне Николай Анатольевич. — И профессор Эльза Харбид.
Эндрю был мужчиной лет сорока восьми, синеволосый, худощавый. Эльза была ему под стать. Лет тридцать пять, черты лица острые, тощая, фигура не выразительная и женские округлости, там нужно было еще поискать. Они оба стоили друг друга и оба сразу мне не понравились. Но еще больше мне не нравился лысый викинг с бородой, заплетенной в косички. Взгляд у этой горы мышц был холодным и острым, выдавая душегуба со стажем.
