После очередного танца мы очень удачно (и абсолютно случайно, да-да!) оказались у первого диванчика, скрывающегося за иллюзией папоротника, а там уже дело техники – уложить эльфа на спину, отвлечь поцелуем и… подло усыпить, воспользовавшись своим даром.
Я не хотела этого делать изначально, честно. Но его слова, взгляды, движения… Он бы не дал мне поохотиться спокойно, став первой и самой неоднозначной жертвой моей полыхающей сегодня сексуальности.
Что-то такое я подозревала, но надеялась, что обойдётся. Не обошлось.
Ну и ладно, мне не впервой.
Следующие несколько часов слились для меня в череду однотипных знакомств и легких ментальных манипуляций, направленных на то, чтобы жертвы проникались ко мне особым дружеским расположением и сами выбалтывали всё, что я хотела. Это не было допросом ни в коем роде, данная информация была не для протокола и эти люди и нелюди забывали обо мне сразу же, как только я отходила, зато моя картина мира медленно, но уверенно пополнялась любопытными фактами о последних часах вольной жизни принца.
Какой же ты всё-таки дурак, Изя… Ввязаться в такое дерьмо!
Мне оставалось поболтать с последними двумя запланированными на эту ночь жертвами, когда затылок неприятно кольнуло и до меня донеслась такая концентрированная ярость, что не осталось ни единого сомнения – это очнулся комиссар.
Странно. Я рассчитывала, что он проспит до утра. Что я не учла?
Но об этом можно будет подумать и позже, пора спасать клуб. Вместо трёх шагов налево, к предпоследней жертве, я сделала два плавных вперёд, чтобы комиссар меня заметил, игриво улыбнулась, не прекращая танцевать, и облизнула языком верхнюю губу.
Шаблон разъяренного эльфа треснул так громко, что мне пришлось спрятать смех под ресницами, но, когда между нами осталось меньше двух метров на сцене появился новый исполнитель и грянули до боли знакомые аккорды.
Не удержалась, обернулась. Да, это был мой Мийяко. С той самой песней, что мы когда-то написали с ним вместе, но вот какое дело – в программе Мийяко я не видела. Хм… Странно.
Пусть на щеке кровь,
Ты свалишь на помаду…
Мийяко уже пел, аккомпанируя себе на гитаре, а зал притих, не ожидая после волнительной румбы пронзающие душу аккорды гитары и соло.
Я тоже на миг замерла, но тут наши глаза встретились и певец, просияв лицом, приглашающе мотнул головой, приглашая меня на сцену. В его глазах зажглось то самое потустороннее пламя, что свело нас однажды, губы изогнула дерзкая мальчишеская улыбка и я не смогла ему отказать.
Ортего не хватило какого-то миллиметра, чтобы схватить меня за руку, но эта ошибка стоила ему моего общества на ближайшие минуты. Дочь Ночи не так-то просто поймать, если она того не желает. Вот и я решила, что ещё не время, практически мгновенно переместившись из центра танцпола к краю сцены. А там нам хватило одного вдоха, чтобы дотронуться друг до друга руками и Мийяко втянул меня к себе под восторженный вопль толпы. Перекинул микрофон, ударив по струнам так, словно вкладывал в это движение всю душу, и я запела:
А мы не ангелы, парень!
Нет, мы не ангелы.
Темные твари, и сорваны планки нам…
За спиной кто-то из парней чужой группы присоединился к нам на бас гитаре, а спустя минуту нас поддержал и ударник, вытворяя в паузах такое, что я отпустила магию на волю, позволяя ей творить такие иллюзии, какие хотело моё подсознание.
Над нашими головами воспарил ангел с обгорелыми остовами от когда-то белоснежных крыльев и кровавыми дорожками слёз на щеках, а вокруг него кружили хлопья пепла и красные снежинки.
Нету к таким
Ни любви, ни доверия.
Люди глядят на наличие перьев…
Пропел с проникновенной хрипотцой Мийяко, пока я зажимала пальцами послушный гриф, сотканный из чистейшей магии. Моя гитара походила на призрак, сотканный из тумана и ночных страхов, но звук издавала вполне реальный и такой пронзительный, что обычных людей пробирало до печенок.
Может пора вниз?
Там, где ты дышишь телом.
Брось свой пустой лист.
Твари не ходят в белом…
Пропела я свою партию, насмешливо глядя на хмурого Ортего, который пробился к сцене и сейчас стоял буквально у моих ног. Прости, эльф… Мы слишком разные.
А мы не ангелы, парень!
Нет, мы не ангелы…
На завершающих аккордах наш падший ангел встрепенулся, закружился в вихре пепла, создавая настоящий шторм на ближайших метрах – послышались восторженно-напуганные выкрики гостей клуба – а затем взорвался миллиардом сверкающих звёзд, превращаясь в прекрасную эльфийскую деву, одетую лишь в сверкающий туман микроскопических частиц.
Она не была похожа на меня ни капли, особенно золотыми волосами и невинными голубыми глазами, но именно этого желала публика и именно это я ей дала. Оригинальная концовка, где мир полыхает в огне, а затем остывает бездушным пеплом, их вряд ли бы устроила.
На этот раз овации стояли такие, что мне пришлось крепко, но очень коротко обниматься с Мийяко и бежать за кулисы, пока толпа не снесла сцену и нас вместе с ней.
Да, позабыла я о том, что такое минутная слава…
