И он помчался в прихожую, откуда вернулся с целой бутылкой водки, которую под неодобрительными взглядами Светланы Сергеевны так и не решился использовать по назначению.
После того как мужчины смазали свои боевые раны, приняли внутрь для снятия стресса, они начали звонить Голикову. Как ни странно, но тот не спал. И сразу же понял, кто ему звонит.
– Список сотрудников «Ориона»? – удивленно переспросил он. – А на кой он мне? Вы думаете, что все сотрудники были повязаны в этом деле со страховками и пропадающими туристами?
– А что, нет?
– Все, кто что-то знали и что-то могли рассказать, уже мертвы, – мрачно произнес Голиков.
– Вы это точно знаете? – переспросил у него Дима, у которого даже дыхание перехватило.
– Точней не бывает, – заверил его Голиков. – Поверь, с того момента, как мы расстались, у меня было достаточно времени, чтобы навести справки. Прежние сотрудники мертвы. И наконец, последний, кто мог быть замешан, а именно Хватунов, исчез.
– А остальные? – жалобно протянул Дима. – Не может быть, чтобы они ничего не знали!
– С ними сейчас работают мои сотрудники, – заявил Голиков. – Но заранее могу тебе сказать, что эти люди нам ничем не помогут.
– Но почему?..
– Интуиция! – отрезал Голиков. – Интуиция, помноженная на многолетний опыт сыскной работы.
– И все же!
– Послушай, парень! – наконец окончательно озверел Голиков. – Тебе что, мало сегодня досталось?
– Нет, но…
– А ведь тебе еще повезло, что ты попал к нам. Будь на нашем месте настоящий преступник, от тебя и от твоих подружек уже и мокрого места бы не осталось. И я тебе, как старый опытный следак с многолетним стажем, скажу: если ты не угомонишься, то на домик под землей точно заработаешь. А теперь скажи, тебе этого хочется?
– Нет, – только и смог ответить Дима. – Не хочется.
– Вот и угомонись! – повторил Голиков и, смягчившись, добавил: – Если мои люди выяснят что-то интересное и важное для вашей компании, я вам сообщу. Обещаю!
– И все равно, хоть этот Голиков и говорит, что он такой опытный, что опытней на свете не бывает, но он тоже совершает промахи! – заявил Борисов, когда Дима изложил суть своего телефонного разговора.
– Например? – спросила Кира.
– Например, они явно начали работать с сотрудниками «Ориона» только сейчас. А раньше не додумались.
– Работали, – тихо возразила Кира. – Только опаздывали, как и мы.
– Не понял, – сказал Борисов.
– Чего тут не понять? – посмотрела на него Леся. – Они начали свое расследование уже после того, как все сотрудники «Ориона» были уволены по собственному желанию в один и тот же день. А с тех пор прошло не так уж много времени. И с теми, с кем стоило бы встретиться ребятам Голикова, встретиться уже не удалось. Их к этому моменту уже убили.
– Теперь понятно, – сказал Борисов. – Слушайте, а не выпить ли нам?
– Мы не будем, – поспешно отказались подруги. – Завтра куча дел.
– Да чего тут пить? – возмутился Дима, поднимая бутылку, от которой оставалась только половина.
Куда делась вторая половина, подругам выяснить не удалось, потому что в этот момент в дверь их квартиры раздался звонок.
– Не открывай! – встревожился Борисов. – Вдруг это тот тип, который пытался меня сегодня убить!
– Ну одному ему со всеми нами не справиться, – сказала Леся. – И потом я посмотрю в глазок.
Но это оказался не душитель. А гораздо хуже. Это была Светлана Сергеевна. Она окинула уничижительным взглядом собравшихся на кухне. Таким суровым, что Кира даже порадовалась тому, что Дима с Борисовым успели прикончить налитую в стаканы водку и теперь следов ее на столе не было. Но Светлана Сергеевна все равно осталась недовольна увиденным.
– Всем пора спать! – сообщила она друзьям. – Молодые люди, вы что же, не собираетесь по домам?
Борисов домой ехать отказывался. Дима тоже склонялся к мысли, что ехать домой – дело уже совершенно пустое. Не успеешь доехать, не успеешь заснуть, как уже пора вставать.
– Можете лечь в гостиной, – неожиданно проявила снисходительность Светлана Сергеевна, но тут же добавила тоном, не терпящим возражений: – А девочки лягут со мной. В спальне.
Таким образом все и устроилось. Все улеглись и неожиданно быстро уснули. Кира с Лесей улеглись на двуспальном надувном матрасе, а Диме с Борисовым пришлось устроиться прямо на полу на пушистом паласе. Но, несмотря на неудобства, спали все хорошо.
Однако утром наступило похмелье.
– Как мне худо! – стонал Дима. – Что за гадость мы вчера пили? И что у меня с лицом? Девочки, что это было?
Борисов говорить вообще не мог. За ночь его ударенное плечо распухло и посинело, а глубокие царапины, оставленные когтями Лидочки, воспалились и кровоточили. Кроме того, из-за перенесенных страданий он потерял голос.
Так что Борисов только жалобно стонал, крохотными глоточками глотая кофе со сливками, который сварила специально для него неожиданно подобревшая Светлана Сергеевна.
– Вам надо к врачу, – наставительно сказала она, обращаясь к Борисову. – У вас аллергия на что-нибудь? Поэтому все лицо отекло? Вас кошка поцарапала?
