Квадрокоптер, отпустив машину, быстро уходил из виду. Открылась дверца. Показалась голова Рейни, подсвеченная сзади. У Недертона полегчало на душе.
– Я рада, что Рейни с нами, – сказала Тлен. – В случае Верити полезен такой непостчеловеческий штрих.
Возле тебя и Лоубир непостчеловеческая планка очень низка, подумал Недертон. Рейни и перифераль, выйдя из машины, направлялись к дому.
В детской заплакал Томас. Недертон снял контроллер, чтобы не пугать ребенка, и пошел к нему.
Когда Верити обернулась, автомобиля уже не было, но тут она вспомнила про камуфляж.
– Машина все еще здесь?
– Замаскировалась, – ответила Рейни, не оборачиваясь. – Уилф иногда думает, что Лоубир в ней и живет.
– Она – коп, – заметила Верити. Из-за того, что тупик расширялся к дому Уилфа в конце, перспектива казалась обратной. – Сама мне сказала.
– Официально – да, а в чем ее истинная работа, объяснять дольше.
– Уилф сказал, вы уже объясняли все это прежде, другим людям.
– Объяснял Уилф, – ответила Рейни. – Я сама занимаюсь кризисным менеджментом. Лоубир старается улучшить положение в брошенных срезах. Для этого она направляет их будущую историю, ну или пытается направлять. Это происходит скрытно, что ее устраивает. Таков ее стиль. Работа Уилфа – ей помогать.
– Для кого-то здесь это работа?
– По большей части этим занимаются в качестве хобби. И не всегда для пользы создаваемых срезов.
– Так какая у нее настоящая работа?
– Сейчас не успею объяснить, но ее призвание – делать миры лучше. Наш, в частности.
Верити глянула на крашенный белым кирпичный фасад, синие рамы и переплеты.
– Ваш, на мой взгляд, неплох.
Рейни остановилась перед дверью.
– Между твоим годом и нынешним больше века. По большей части в те годы все было очень плохо. Да и сейчас многое не лучше. Хотя тебе этого не видно. Идем наверх.
Она показала двери открытую ладонь, и та открылась.
– А что делает это тело, – спросила Верити, входя в дом, – когда ваша знакомая им не пользуется?
– Она не пользовалась им уже несколько месяцев. Оно живет в спа для перифералей, возле Ковент-Гардена. ИИ производителя поддерживает ее активность. Упражнения, уход за кожей и прочим, питание, сон.
– Оно разумное?
Открылась дверь лифта.
Верити вошла навстречу тройному отражению периферали.
– Она, – ответила Рейни, входя в лифт вслед за Верити. – Здесь это вопрос серьезных политических споров. Лично я считаю, что она разумна, пусть и в малой степени. Но Уилфа я пока не убедила.
– Вау, – проговорила Верити, переводя взгляд с одного зеркала на другое.
Дверь закрылась.
– Извини, – сказала Рейни, – я забыла про зеркала. Но да, это она, и да, это ты, глядящая из нее.
Кабина пошла вверх.
– И как оно тебе, зеркала?
– Не знаю.
– Мутит?
– Нет.
– Ну и отлично. Каждый следующий переход будет легче. Обратный вообще легкий: нейрологически ты возвращаешься домой.
Дверь открылась. В квартире плакал ребенок.
– Томас, – сказала Рейни. – Я вовремя.
Она вошла и забрала из рук Уилфа красного от ора Томаса.
Верити шагнула следом.
– Верджил о тебе волнуется, – сказал Уилф. – Стоит вернуться поскорей и его успокоить.
Рейни с Томасом была уже на кухне, Томас больше не плакал. В одной руке Рейни держала обтекаемую детскую бутылочку.
– Что мне сделать, чтобы вернуться?
– Сесть на диван, – ответил Уилф. – Закрыть глаза.
– И?
– Открыть их, – сказала Рейни, протягивая Томасу медово-желтую соску бутылочки. – Обратный переход происходит мгновенно. Хорошенько разомнись. Твое тело почти не двигалось все время, что ты была здесь. И не забудь выпить воды, прежде чем пойдешь спать.
Верити глянула на коричневый диван. Потом снова на Уилфа.
– Похоже, я согласилась на план Лоубир. Исчезнуть.
– Знаю, – ответил он.
– Я сюда еще вернусь?
– Очень надеюсь, – сказала Рейни, отрывая взгляд от Томаса. – Было замечательно!
– Спасибо.
Верити села на диван, стараясь устроить чужое тело поудобнее. Быстро оглядела комнату, закрыла глаза.
Шум сан-францисского транспорта, как будто включили рубильник.
Спина немного ныла. Верити открыла глаза.
Верджил смотрел на нее.
– Все в порядке?
Она подняла руку с колен, глянула на свои пальцы, снова на Верджила:
– Вроде да.
– Где ты была?
– Я разговаривала?
– Нет. Сидела неподвижно с тех пор, как я нажал кнопку на шлеме. Я уже волновался.
– Они говорят, это Лондон, только в будущем.
– В будущем.
– Две тысячи сто тридцать шестой, они говорят.
Верджил оттопырил губу.
– Понимаю, – сказала она. – Только это не наше будущее.
– Рад, что ты вернулась.
– Думаешь, я сошла с ума?
– День-два назад я назвал бы сумасшествием то, что твой цифровой помощник отменил нашу сингапурскую сделку. Стетс так и не нашел времени объяснить мне подробности, но, будь это другая контора, полетели бы головы. А теперь он по уши в этой истории с тобой и твоей помощницей, уж кто там она такая. Значит, ты побывала в будущем? Тогда глянь на него. – Дрон стоял у окна, перед задернутой шторой, почти как поставленный в угол школьник. – Будущее, которое тебе показали, было в таком духе?
– Там была квартира, – начала Верити.
– О’кей.
– И вертолет. Но его называли автомобилем.
– Летающий автомобиль?
