Банкир тоже молчал. Разговор не то, чтобы, не клеился. Он просто никак не мог начаться.
Наконец бывший генерал оторвал взгляд от бумаг, которые ему принесли на подпись и посмотрел тяжёлым свинцовым взглядом на съёжившегося Диму.
— Сорокин. Ты мне объясни — что я наблюдал в субботу?
— Да ничего особенного…
— Особенного? — осерчал банкир. — Что же, выходит, бегать по моему дому в чём мать родила, для тебя, Сорокин, рядовое занятие?
Генерал хлопнул по дубовой столешнице кулаком. Дима почувствовал, что ему не хватает воздуха.
— Да нет, что вы, это первый раз такое было… Я как раз одежду искал…
— Ты зачем вообще её снимал, Сорокин? К дочурке моей в койку запрыгнуть? — взгляд Куркова стал неистово сатанинским.
— Да нет, что, как я мог?
— Да! Как ты мог?
— Да никак не мог… — забормотал раздавленный Дима.
Помолчали.
— Скользкий ты какой-то, Сорокин… — грустно сказал бывший генерал. — Мы в период ведения боевых действий таких скользких, как ты, расстреливали. На всякий случай… Прямо за штабным туалетом…
Банкир закатил глаза и слегка улыбнулся, видимо вспомнив боевую молодость.
— Александр Денисович, а почему за штабным туалетом? — испуганно спросил Дима. Не то, чтобы это сейчас было важно, но в самом деле — почему?
— Военная тайна! Не твоего ума дело! — отрезал старый вояка.
— Вы знаете! Я у вас большую дыру в безопасности нашёл! — набравшись смелости Дима решил сменить повестку до расстрела. Он достал из портфеля и положил на стол пухленький отчёт.
— Я тут описал ряд параметров, всё, что надо срочно изменять и перенастраивать. Вот… А что касается вашей дочки — то там вышла совершенно случайная и невинная история!
Брови банкира поползли наверх и он снова внимательно посмотрел на собеседника.
— Мы с ней случайно познакомились в клубе! — продолжил Дима. — Её очень заинтересовали перспективы информатизации общения молодёжи. У вас очень интеллигентная и скромная дочь! А потом мы поехали к вам, чтобы за чаем продолжить беседу. Вот и всё.
— А как без одежды оказался?
— Понимаете, её подружка Полина, подавилась пирожным, когда мы чай пили и её вырвало на мою одежду. Пришлось бросить всё в стирку.
— А почему в рубашке моей дочки бегал?
— Тут дело вот в чём. Ваша дочь рано пошла спать, так как она порядочная девушка. А мы остались с Полиной. Тогда-то её и вырвало! Но, поскольку я был в чужом доме, то для переодевания выбрал первое, что попалось. Ведь я джентльмен и не могу бегать обнажённый перед незнакомыми девушками!
— А что утром делал внизу?
— Спал! Чтобы вашу дочурку не трогать, не беспокоить.
— А почему одежда мятая?
— Не успел погладить после стирки.
Снова помолчали. Банкир покрутил в пальцах дорогую перьевую ручку, резко воткнул её в подставку.
— Откровенно говоря, Сорокин, я ваш досуг, на камерах наблюдения записанный, ещё в тот день посмотрел внимательно…
Закружилась голова и Дима потихоньку схватился рукой за стул, чтобы удержать равновесие. Картина Репина. Приплыли!
— Но, за находчивость, конечно хвалю… В армии находчивость необходима!
Сорокин хотел сказать, что они не в армии. И что сам Александр Денисович уже давно не в генштабе, а в отставке. Но он решил деликатно промолчать.
— Но вот это непотребство! С двумя девками! Я в твоём возрасте хотя бы под камерами такого не творил!
— Александр Денисович, в то время камер таких не было! — парировал Дима.
— Гм… — Курков запнулся, не зная что ответить, — ладно, Сорокин, потом договорим…
Банкир вызвал секретаршу.
— Анечка, вызови Петровича и ОСБ начальника тоже позови. Будет совещание.
Дима, банкир и начальники служб информации и безопасности долго сидели, разбираясь в технических данных, особенностях передачи защищённой информации и принципах хранения паролей. К начальникам присоединились и специалисты помладше. Вскоре многие из них стали незаметно расстёгивать пуговицы на воротничках и вытирать потеющие ладони. Сорокин действительно был хороший специалист и то, что он нашёл, кому-то будет стоить карьеры, денег. Даст бог, если не сломанной жизни — Курков имел репутацию сурового бывшего разведчика, не прощающего врагов и ошибок.
Наконец, построив план работы, получив инструктаж от Димы и пару напутственных угроз и ругательств от начальника, банковские работники уныло вышли из кабинета, на ходу строча послания жёнам о том, что сегодня их можно рано не ждать.
Дима и Алексей Денисович снова остались одни.
— Ну что, Дмитрий… — начал Курков и помолчал, давая Диме подумать разные варианты «ну что». — Парень ты находчивый. Это похвально. Но распущенный, аморальный. Это надо исправлять!
Бывший генерал взглянул на часы.
— Время позднее… Пошли, поедим. Там и договорим.
Он вызвал секретаря, дал указание позвонить в ресторан, который, как позже оказалось, был в здании напротив, чтобы занять столик и отпустил её домой.
В ресторане их встретили, как старых знакомых. Видимо банкир часто ходил сюда трапезничать. Метрдотель посадил их за уютный столик в отдельной кабинке и позвал официанта.
— Здравствуйте, Алексей Денисыч! — широко улыбнулся официант, — вам как обычно?
— Да, тычка мне и ему тоже, — кивнул Курков на Сорокина.