Агенты Света и Тьмы полностью

Сейчас он ненавидел меня. Впрочем, он вообще ненавидел все живое. Говорящий пистолет пытался навязать мне свои грязные мысли, он хотел управлять мной, подчинить себе, сделать своим собственным оружием. Его мысли и чувства не были человеческими; возникало такое ощущение, что смерть, гниение и разрушение обрели в нем голос и безграничное честолюбие. Пистолет знал мое тайное Имя и страстно желал его произнести.

От меня потребовалась вся ярость, которую пробудили во мне Бешеные Парни, вся выдержка и самодисциплина, чтобы медленно разжать пальцы — и уронить пистолет на пол. Он продолжал нагло вопить в моем сознании, но я заставил его заткнуться, заслонившись самыми прочными щитами, и привалился спиной к стене, потому что меня трясло от напряжения.

А ангел исчез. Стоило ему увидеть Говорящий пистолет, как он тут же испарился.

Теперь в ресторане царила тишина. И персонал, и посетители давно сбежали, ангел сгинул, Бешеные Парни превратились в соляные столбы. Здесь остались только я и Сьюзи.

Меня колотило с ног до головы, по щекам катились слезы, и я чувствовал себя ужасно грязным. Уокер прав: некоторые лекарства хуже самой болезни.

Я посмотрел на пистолет, лежащий на полу рядом с футляром, но не смог заставить себя наклониться и дотронуться до дьявольской вещицы. Сьюзи опустилась на колени и все сделала за меня: она подцепила пистолет футляром, не коснувшись самого оружия, засунула футляр в карман куртки и спокойно встала рядом со мной, ожидая, когда я приду в себя. Это было лучшее, что она могла в тот миг для меня сделать.

Дрожь наконец прошла, я снова стал самим собой, хотя и чувствовал неимоверную усталость. Я устал так, словно не спал целую неделю.

Однако, вытерев слезы с лица и шмыгнув носом, я ободряюще улыбнулся Сьюзи, и улыбка получилась очень даже убедительной. Она восприняла ее как надо, коротко кивнула в ответ — что ж, снова принимаемся за работу. Сьюзи всегда чувствовала неловкость, когда дело касалось проявления чувств.

— Я сама понесу футляр, — сказала она. — Я привычнее к оружию, чем ты.

— Это не обычное оружие, Сьюзи.

Она передернула плечами.

— Тот ангел… Как думаешь, он явился Сверху или Снизу?

Теперь настал мой черед пожать плечами.

— А какая разница? Послушай, когда Бешеные Парни поймали нас и обрушили на нас эти страхи, я увидел то, что видела ты…

— Об этом мы говорить не будем, — решительно перебила Сьюзи. — По крайней мере, сейчас. А если ты мне друг — вообще никогда.

Иногда быть другом означает уметь не вмешиваться и вовремя заткнуться. Поэтому я отлепился от стены и направился к трем оставшимся соляным статуям. Сьюзи пошла за мной; осколки четвертой статуи громко захрустели у нас под ногами. Я всматривался в неподвижные лица, на которых навечно застыл ужас. Порой мне кажется, что наша вселенная держится только на парадоксах.

— Плакали наши шансы найти Коллекционера, — спокойно подытожила Сьюзи.

— Не обязательно, — возразил я. — Вспомни первое правило частного детектива: когда сомневаешься, обыщи карманы в поисках улик.

— А я думала, первое правило — не берись за работу, пока не получишь деньги по чеку клиента.

— Не будь занудой.

Нам пришлось повозиться, но в конце концов мы обнаружили в кармане одной из статуй тисненую визитную карточку, где было написано, что сегодня Ужасный Джек Старлайт выступает в старом театре «Стикс».

— Итак, Старлайт вернулся в город, — заметил я. — Вот уж не думал, что Бешеные Парни его поклонники.

— Наверное, это деловой интерес, — предположила Сьюзи. — Я точно знаю, что Старлайт раньше продавал вещицы Коллекционеру.

— Пошли поговорим с ним. Узнаем, что ему известно.

— Пошли, — согласилась Сьюзи. — Я как раз в настроении с кем-нибудь решительно поговорить. Возможно, с применением силы.

— А я думал, у тебя всегда такое настроение, — добродушно заметил я.

Мы шагали по улицам Темной Стороны, которая была в осаде.

Куда ни глянь, в ночном небе парили ангелы, падали вниз, чтобы подхватить очередную жертву, сеяли повсюду ужас и разрушения. Со всех сторон доносились вопли и стоны, рев пожаров и грохот взрывов, к небу вздымались клубы дыма, люди выскакивали на улицу из рушащихся домов, офисов и укрытий. Здесь и там виднелись соляные статуи, на фонарных столбах висели трупы, на тротуарах лежали штабеля обугленных, почерневших тел. А один раз нам попался человек, вывернутый наизнанку, но еще живой. Сьюзи избавила его от страданий.

На Темной Стороне наступил Судный день, и он был ужасен.

Гремели выстрелы, порой содрогалась земля — это какой-то отчаявшийся дурачок пытался отогнать ангелов сверхмощной магией. Но их было невозможно остановить, даже задержать, и то невозможно. Седые люди в серых костюмах застывали в дверных проемах, или рыскали в переулках, или выходили невредимыми из горящих зданий. Они были повсюду, а перед ними бежали толпы орущих людей, которых гнали, как скот на бойню.