– Может их в окно выкинуть? – спросила я. – Завтра опять их перебирать, – мне захотелось плакать. – Хочу убиться об стол!
– Я и правда невезучая, – жаловалась Джун. – Я же хотела вытянуть другую бумажку.
Закончив с уборкой, мы сели за свои столы. Три стола занимали практически всё пространство кабинета. Мы снова делали одно и то же. И так каждый день! Грэг достал кнопочный телефон, который недавно получил от меня, и стал разглядывать его. Он задумчиво рассматривал слот для сим-карты. У Джун был точно такой же телефон, но она не интересовалась им, так как Грэг. Я отложила бумаги и откинула голову на спинку стула.
– От скуки можно и помереть, – сказала я.
– Надеюсь, мы доживем, – сказал Грэг.
– И не состаримся, – добавила Джун.
Грэг усмехнулся, а я рассмеялась. Джун положила голову на стол, и какое-то время смотрела в окно, потом встрепенулась и изучающее посмотрела на Грэга. Он вопросительно взглянул на неё.
– Ты ведь прав. Мне и правда не везёт с рождения, – сказала она. – С младенчества я стала объектом опытов, как и мой брат. Он умер, а я осталась жива. Вы, скажите, что мне повезло! Но я живу с агнием в теле, и каждый день чувствую его в своём позвоночнике. Это как каждодневная зубная боль. Разве это везение? – уставшим голосом спросила она.
Мы молчали, переваривая информацию. Джун уныло смотрела на документы. Грэг открыл рот, но ничего не сказал.
– Агний видно только на рентгене, – продолжила Джун. – Он сросся с моим позвоночником. Ночью я не могу заснуть без обезволивающих таблеток. Позвоночник будто выгибается и впивается в грудину, а иногда мне кажется, что позвоночник вылезет через кожу наружу. В дождливую погоду он тоже болит, но ещё сильнее, и тогда я просто хочу засунуть руки в своё тело и вырвать весь агний вместе с позвоночником.
Лицо Джун выражало сильную боль и печаль. Брови Грэга опустились. Его лицо погрустнело.
– Ты знаешь, кто это сделал с тобой? – спросил он, упавшим голосом.
– Что это за твари? – напряженно спросила я.
