Слежку я не любила больше всего. Ладно, ещё в машине сидеть в тепле, где временами в сон клонит, а если торчать на морозе, так это вообще невыносимо. Холодно, голодно. В такие моменты я ощущала себя бездомной собакой. Я поглядывала в мобильник, смотря на время. Девушка, за которой шла слежка, как назло, не выходила. Её было не видно уже несколько часов. Если бы она вышла, то я хотя бы размяла ноги. Наконец меня сменил Рыжик. Я вбежала в кафе и заказала себе чай и парочку пирожков. Это был самый счастливый момент за весь день. Я начала завидовать девчонкам, которые остались в отделе. Угрюмый следователь был вечно недоволен и считал, что как утята бегают за мамой уткой, так и мы ходим за оперативниками, поэтому теперь по распоряжению начальника нас отправляют туда, где мы нужнее. Теперь мы помогаем не только усатому Рыжику, но и другим. Но самый лучший из них был тот, с которым я сегодня работаю. Он всё время угощал меня домашней едой. С ним было легко общаться и я не чувствовала себя неловко. Нам стали давать поручения разные следователи. У меня уже голова шла кругом от разных лиц и их поручений. Я думала, что лучше бы я сидела в кабинете и спокойно перебирала бумажки, чем морозилась на улице и слушала недовольство следователей.
– Собачья работа, – буркнула я.
Сегодня я специально надела самую теплую куртку и две кофты, но мне всё равно было холодно, особенно ногам. Мой напарник был в полушубке. Я задумалась о том, теплее ему или нет. Радовало то, что мне можно посидеть в кафе, если конечно что-либо не измениться. У меня в ухе была небольшая гарнитура. Через неё со мной мог связаться мой напарник и сообщить о положение дел. Девушка так и не вышла из квартиры. Мы отправились в отдел, но перед этим зашли в кафе и согрелись теплыми напитками. В отделе хмурый следователь раздраженно насупился.
– Работайте лучше! – воскликнул он и недовольно посмотрел на оперативника. – Слишком долго! – добавил он и вышел из кабинета.
Оперативник что-то бурчал себе под нос. Джун заглянула в кабинет и показала, что нам пора домой. Я кивнула. Она скрылась за дверью.
– Хмурый раздражает, – сказала я.
Рыжий оперативник услышал это и улыбнулся. Кажется, ему понравилось придуманное мною прозвище для следователя. Я попрощалась и пошла домой. Девчонки ждали меня на улице. Хмурый сидел в своем кабинете и всё ещё работал. Я попрощалась с ним, но он ничего не ответил.
– Глухой что ли? – раздраженно сказала я.
