§ 146.
§ 147.
"Мать Иисуса не занимала сколько-нибудь важного места в учении первых христиан… <…> В новозаветном Откровении Иоанна в видениях предстает женщина, рождающая в муках дитя, но образ этот может быть и совсем не связан с матерью Иисуса: ничего земного, человеческого в нем нет. Эту женщину, "облаченную в солнце", преследует дракон, который хочет вступить в борьбу "с прочими от семени её, сохраняющими заповеди Божии и имеющими свидетельство Иисуса Христа" (12:1-17), дети этой жены — все верующие-христиане. Возможно, образ её — отголосок Матери — Святого Духа арамейских христианских текстов (или символ истинной веры); описание её, как и описание блудницы, сидящей на семиголовом звере (символ Рима), представляет собой аллегорию, которая нуждается в толковании, в постижении её скрытого смысла; к реальной женщине этот образ отношения не имеет.
В Евангелии от Марка ничего не сказано о рождении Иисуса, оно начинается с описания крещения, как и иудео-христианские евангелия. Поскольку для Марка деятельность Иисуса как мессии начинается с его крещения и сошествия на него Святого Духа, земная мать его упоминается им вскользь.
В Евангелиях от Матфея и Луки приводятся несколько отличные друг от друга родословные Иосифа: его род возводится к Давиду; поскольку, согласно иудейским верованиям, мессия должен происходить из рода Давидидов (потомков царя Давида). Когда складывались легенды о происхождении Иосифа из этого рода и конструировались генеалогии, Иосиф, по всей вероятности, ещё считался отцом Иисуса (хотя в арамейском варианте Евангелия от Матфея, согласно Епифанию, эта сконструированная генеалогия отсутствовала). Однако в тех же евангелиях излагается и начавшийся складываться в период их создания миф о непорочном зачатии Марией Иисуса от Духа Святого. В связи с этим мифом, призванным подчеркнуть единую сущность Бога и Христа, в христианской традиции начинает выделяться образ Марии.
