– Теперь я задам вам еще один вопрос. Без протокола. Никто об этом не узнает, но мне нужно знать правду. Это важно. Скажите честно, кто вас попросил приклеить записку под столом в номере 725? – Женщина покрылась красными пятнами и едва не расплакалась. – Тут нет никакого криминала, и я вас ни в чем не обвиняю. Кто же?
– Молодой человек. Я перебирала белье в подсобке. Он зашел ко мне и передал пакетик, запаянный в целлофан. Попросил приклеить под крышку стола. Я не хотела. Но знаете, как бывает. Денег на жизнь не хватает, а он дал мне десять долларов. Я согласилась.
– Что еще он просил сделать?
– Как только хозяин номера вернется, я должна была позвонить ему в номер по телефону и сказать, что ему письмо под столом и, не отвечая на вопросы, положить трубку.
– Именно поэтому вы наблюдали за номером?
– Специально не наблюдала. Заглядывала периодически, но кровать оставалась нетронутой. Он так и не появился.
– А шампанское с фруктами кто заказывал?
– Кто-то другой. Очевидно, убийца. Официант его запомнил, а когда ему показали паспорт Басова, то он его не признал. В номере находился посторонний.
– Возможно. Скажите, тот, кто просил вас подложить письмо, мог сойти за военного?
– Может быть. Опрятен, с короткой стрижкой, в брюках и ботинках. Курортники в дневное время так не ходят. Я потом в окно выглянула и ждала, пока он выйдет. Хотелось знать, один он пришел или нет. Вышел один, сел в черную «Волгу» со стороны водителя и уехал.
– Отдыхающим в санатории Министерства обороны предоставляют машины?
– Тетя Клава говорит, что они на своих приезжают. Шофер с машиной выезжает заранее. А когда хозяин прилетает на самолете, шофер его встречает в аэропорту и привозит прямо в санаторий. У них там специальная стоянка оборудована.
– Тетя Клава работает в санаторской столовой.
– А вы откуда знаете?
– Чего бы я стоил, если бы ходил на ощупь, как в потемках. Ладно, Людмила Васильевна, наш разговор мы забудем. В милиции люди разные работают. Прицепятся к чему-нибудь, и не отмашешься.
Журавлев направился к выходу.
Набережная заливалась яркими огнями, из ресторанов доносилась музыка и веяло приморской кухней. Журавлев вспомнил про свой пустой желудок и решил посидеть в спокойной обстановке, перекусить и подвести итоги. Он устроился на открытой веранде ресторана «Кавказ» с видом на море и, пока дожидался заказа, решил проверить содержимое найденных в чемодане Басова конвертов.
Они походили друг на друга как братья. Содержимое также отличалось не многим. В первом лежала пачка долларовых купюр и во втором. На вскидку Журавлев оценил пачки по три тысячи каждая. У него в этом деле глаз был наметанным. Вываливать деньги на стол и пересчитывать при всем честном народе не имело смысла, а вот фотографии он достал и положил перед собой на стол. Оба снимка цветные – портреты двух мужчин. Одно лицо ему показалось знакомым, второе он видел впервые.
Вадим перевернул снимки обратной стороной. Как он и предполагал, карточки имели сопроводительные надписи. Фотография человека, показавшегося ему знакомым, сопровождалась кратким пояснением: «Ромов Александр Георгиевич. В городе с десятого по семнадцатое июля. Пушкинская улица, дом тринадцать, квартира девять».
Надпись на втором снимке оказалась не многословней: «Прибытков Владислав Викторович. Путевка с десятого июня по четвертое июля. Санаторий Министерства обороны. Сопровождается охраной».
Журавлев убрал фотографии в карман. Ничего загадочного в конвертах он не нашел. Не что иное, как объекты для киллера с предварительным авансом. Вся беда в том, что господин Басов опоздал. Он попал в те же сети, что и его партнеры. В итоге можно сделать предварительный вывод: генерал Прибытков желал мира и дал согласие на переговоры, назначив свидание компаньонам в Ботаническом саду. Не исключено, что он и сам готовил им ловушку. Господин Басов приехал в Ялту не для переговоров, а с единственной целью убрать своих сотоварищей с дороги, уничтожив их физически. Что было на уме у господина Ромова, сказать трудно. Но снайперская винтовка хранилась в номере Басова, а также тысяча долларов в конверте под ковром. Но связывать Басова с киллером, стрелявшим с балкона его номера, он все же не хотел. Слишком очевидный указатель, никто себя так подставлять не станет.
Считать можно что угодно, но в итоге все заговорщики погибли. Существует некая четвертая сила, опередившая всех, и при этом можно сказать с уверенностью, что никто не чувствовал опасности.
Со стороны можно и такую версию принять, но одно не укладывалось в голове у Журавлева. Почему киллер, выполняя задание, перестрелял в квартире всех, кого надо и не надо, а его пожалел. Невинные девчонки из Минска полегли в землю ни за что, а мужика он не тронул.
Аппетит у Вадима пропал. Он сунул сотню официанту и ушел. Ноги сами вели его на Пушкинскую улицу. А как же иначе. В доме, где произошло первое убийство, он ночевал. В номере у Басова побывал, к девчонкам ходил, оставался еще один покойник с непроверенным жилищем.
