Сегодня эти слова нельзя воспринимать иначе как сказанные с сарказмом.
«Разве мы не заложники в нашей сильной, просвещенной, цивилизованной стране?»
Таково истинное положение дел в США с экономическими и иными правами человека. Но рассказ о реальном положении дел с правами граждан не будет полным, если мы с вами не рассмотрим еще одно Право — право человека на жизнь в Америке. В самом буквальном смысле — его право на физическое существование.
Совсем недавно один заморский высокопоставленный клеветник заявил, что русские, мол, не боятся умирать, потому что для них жизнь не представляет особой ценности. А вот американцы — другое дело, они понимают толк в жизни и ценят ее превыше всего. Это высокомерное шовинистическое заявление ставит все с ног на голову. Именно в США происходит чудовищная девальвация жизни как ценности.
Вот факты.
Ежегодно в США совершается 13 миллионов преступлений. Это 13 миллионов только учтенных актов насилия. А сколько неучтенных! И кроме того, преступность — лишь одна и далеко не единственная форма насилия. Ведь многие его формы не считаются преступлениями и, более того, «освящены» законодательными актами, защищающими власть буржуазии, ее ценности, ее мораль, ее нравы.
Каждые 24 минуты в США кого-нибудь убивают. Бывший министр юстиции США Рамсей Кларк писал: «В этом столетии общее число погибших в результате перестрелок между гражданами превышает потери американцев во всех войнах, которые они вели, начиная с революции и кончая Вьетнамом».
Особенно пугает американцев бурный рост так называемых «немотивированных» преступлений, и прежде всего убийств ради «острых ощущений». Социальные корни этих убийств уходят в бездуховность американского общества, в патологию буржуазной морали.
По статистике ФБР, количество убийств в США за последние 30 лет возросло на 370%, ограблений — на 300%188. В соответствии с данными опросов общественного мнения в 1981 — 1982 годах, примерно 25% жителей США (ежегодно) , а по статистике министерства юстиции США — около 30% стали жертвами различного вида преступлений189.
Среди других развитых капиталистических стран США находятся впереди как по количеству насильственных преступлений, так и по числу заключенных в тюрьмах. К началу 80-х годов в американских тюрьмах содержалось около 400 тысяч заключенных, то есть в 2 раза больше, чем десять лет назад. В 1983 году эта цифра перешагнула через четырехсоттысячный рубеж. Исправительные заведения США переполнены. В то же время по данным Американской ассоциации юристов, на каждые 100 совершаемых преступлений аресту подвергаются лишь шесть человек. Среди серьезных преступлений 98,3% остаются безнаказанными190.
В Америке говорят об «эпидемии насилия». Но эпидемия — это нечто неожиданно возникающее и рано или поздно проходящее. Нет, это не «эпидемия насилия». Это — эскалация насилия, заложенного в самом «американском образе жизни», логическое развитие его наихудших черт. «Насилие, — пишет американский социолог Герберт Шиллер, — такая же характерная черта Америки, как яблочный пирог».
Рассуждая о «доморощенном виде терроризма», недавно ушедший в отставку председатель Верховного суда США Уоррен Бергер в отчаянии воскликнул: «Разве мы не заложники в нашей сильной, просвещенной, цивилизованной стране?»
Да, заложники. Заложники собственного образа жизни, заложники буржуазной цивилизации. Заложники и преступников-одиночек и тем более — организованной преступности.
В железном кулаке держит американцев мафия — преступное государство внутри государства. Мафия — это практически неограниченная власть «крестных отцов», опирающаяся на насилие. Каждый американец — прямо или косвенно — регулярно платит щедрую дань гигантскому гангстерскому синдикату.
На первый взгляд может показаться парадоксальным альянс подпольного синдиката — мафии и государственного учреждения, призванного, казалось бы, защищать демократию, — ЦРУ. Но только на первый взгляд. И мафию, и ЦРУ объединяет взаимная ненависть к тем, кто не согласен со всевластием насилия в стране, кто хотел бы видеть Америку другой — подлинно демократической и подлинно свободной. Именно поэтому в дополнение к собственным наемным убийцам ЦРУ охотно заимствует у мафии убийц, поручая им «мокрые дела» — затыкать пулей рот несогласным.
Но вкус крови знаком не только мафии. И не только в кино и книжках, но и в самой что ни на есть реальной жизни существовала мрачная фирма «Убийство» — «Мердер инкорпорейтед», устранявшая людей по строго разработанной таксе, «обслуживавшая» с размахом и полной гарантией за качество предоставленных ею услуг. Они и сегодня есть, подобные фирмы, есть в подполье, до которого всегда доберется заказчик и так редко добирается нерасторопная в таких случаях полиция.
