Как известно, одной из определяющих черт капитализма на стадии империализма является дальнейшая монополизация и концентрация капитала. В то же время в развитых капиталистических странах продолжает расти количество единиц бизнеса. Так, если в 1960 году в США открылось 183 тысячи единиц бизнеса, то в 1977-м — 438, в 1978-м — 478, в 1979-м — 525, в 1980-м — 534, а в 1981-м — 582, в 1982-м — 567 и в 1983-м — около 600 тысяч. Рост числа единиц бизнеса приходится в основном на мелких и средних субподрядчиков, на мелкий бизнес, и прежде всего в розничной торговле. По американским данным, у нового мелкого предприятия шанс остаться в бизнесе (то есть не обанкротиться) — один к пяти, что не так уж мало, учитывая большое число новых предприятий. Кроме того, по данным американского Национального научного фонда, небольшие фирмы в расчете на один доллар, вложенный в научно-исследовательские разработки, дали вчетверо больше новинок, чем компании средних размеров, и в 24 раза больше, чем крупные компании. Имеется в виду, что мелкий бизнес в своей борьбе за выживание вынужден максимально мобилизовать свой творческий потенциал и инициативу. В то же время большим компаниям и корпорациям крах и банкротство угрожают в меньшей степени.
В США существуют специальные банковские конторы, предоставляющие мелкому бизнесу льготные ссуды, есть специальная правительственная программа помощи мелкому бизнесу.
Если рассматривать мелкий бизнес как предприятие, на котором работает не более 500 человек, а обычно — значительно меньше, порой всего семья, то, по американским данным, около половины всех предприятий в США представляют собой мелкий бизнес, хотя и связанный с крупным. Так, самая большая в мире корпорация «Дженерал моторс» имела 55 тысяч мелких субподрядчиков, а фирма «Боинг» — более 5 тысяч, причем делала сама «только крылья самолета», а все остальное собиралось из частей, поставляемых мелким бизнесом. 30% правительственных заказов приходилось на мелкие предприятия.
На первый взгляд может показаться, что происходит дезинтеграция, разукрупнение монополий, что мелкий бизнес — прямой путь к успеху и богатству. Но такое представление иллюзорно — мелкий бизнес существует в основном не самостоятельно, а в рамках все тех же монополий, которые и диктуют выгодные для них условия. По существу, речь идет об определенных изменениях в организации труда в системе все тех же монополий. Что же касается самих монополий, то они ведут между собой жесточайшую конкурентную борьбу. Мелкий бизнес выпадает из этой конкурентной борьбы гигантов — у него свой уровень конкуренции, которая носит «отраженный» характер, «в тени» у монополий. И в то же время мелкий бизнес наиболее уязвим: он как песчинка в экономических бурях капитализма. Какое-то время, вплоть до 1980 года, число банкротств по 10 тысяч единиц бизнеса (в США принято такое измерение) постоянно сокращалось. Но с начала 80-х годов количество банкротств резко возросло.
Ориентация на мелкий бизнес, на определенные изменения в организации труда, порой ведущие к снижению уровня его производительности, компенсируются социальными выгодами для правящей буржуазии. Вот некоторые из них: в определенной степени сокращается традиционный промышленный пролетариат — ядро рабочего класса, происходит раскол и разобщение трудящихся — широкие слои рабочих превращаются во «вспомогательных рабочих» и рабочих-надомников, рабочие становятся податливее, послушнее монополиям, происходит дальнейшее ослабление позиций профсоюзов и дальнейшее сокращение их численности. В целом же рабочий класс оказывается в еще более жестких тисках современных монополий.
«Бизнес — двигатель социального прогресса»
Популяризация «делового успеха» и «героев бизнеса» призвана поддерживать позитивный «имидж» буржуазного общества как общества «равных возможностей».
Однако «сверхгероем» социальной мифологии этого общества является монополия, крупный капитал, хотя в буржуазной пропаганде сами эти термины с их отрицательными ассоциациями, наводящие на мысль об их конкретной классовой природе, используются чрезвычайно редко. Они заменены классово нейтральным термином «бизнес». С этих семантических ухищрений и начинается, по существу, создание «имиджа» капиталистической системе в целом.
В американской прессе основным рупором славословия бизнесу служит журнал «Форчун». Именно там, как мы уже знаем, регулярно помещаются «жития» миллионеров и миллиардеров.
«Имидж» бизнесу как движущей силе современной цивилизации создает и популярная литература. Так, в одном из «деловых романов» — - в романе Дж. Квира «Победители без лавров» на заседании совета директоров автомобильной компании «Нэшнл моторс» произносится такая речь: «Вопрос заключается не в дивидендах, не во взаимоотношениях с акционерами, а в наших взаимоотношениях со всей страной. Наше истинное назначение в том, чтобы вести за собой общество и цивилизацию!»
