За долю секунды до этого, Нис уловил магическое возмущение, он обернулся и ему ничего другого не оставалось сделать кроме как прыгнуть вперёд, отталкивая Тлану. Вспышка ударила в Ниса и его отбросило прямо к лежащему Вэону.
– Нет! – Тлана кинулась к упавшему Нису. Девушка присела перед ним на колени и подняла его голову. Слёзы катились по её лицу. Гномы столпились вокруг них. Ниэллон, растолкав гномов, склонился над Нисом.
– С Вэоном всё будет в порядке, он просто без сознания, – сказал Ниэллон обращаясь к плачущей Тлане и осматривая лежащего Ниса, – На его магию ушли все его энергетические силы, но он жив. Видимо он впервые использовал эту магию и просто не был готов к её откату. С Азахалом тоже всё будет в порядке, кинжал дроу был отравлен, но я блокировал действие яда.
– Как же так? – Сквозь рыдания причитала Тлана и слёзы ручьями бежали по её щекам.
– Я всегда говорил, что эльфы никудышные ювелиры, их поглощающий амулет не помог ему, – хмурящийся Болин стоял над Нисом склонив голову и почёсывая бороду.
– Помог, – не открывая глаз, тихо прошептал Нис, – Но, если ты сойдёшь с моей руки, мне станет ещё легче.
Болин отскочил как ошпаренный. Стоящие вокруг них гномы одобрительно заулыбались и заговорили с Дваром.
– А сумеречный маг жив? – Так же шёпотом спросил Нис.
Ниэллон резко вскочил на ноги и бросился, расталкивая столпившихся вокруг них гномов, к тому месту, где упал маг. Несколько гномов кинулись вместе с ним. Но мага нигде не было.
– Он не уйдёт далеко, мы догоним его, – сказал один из гномов.
Несколько гномов принялись изучать следы.
– Его аура ослаблена магическим ударом Ниса и ещё он ранен стрелой и кинжалом, но это очень сильный маг. Он будет водить вас по кругу или отведёт глаза и пустит по ложному пути, вы даже не приблизитесь к нему. Нет, без хорошего мага вы не догоните его. По сути из магов только один я остался на ногах, а я не такой уж и сильный маг и я слишком ослаблен и не в состоянии преследовать его., – остановил их Ниэллон.
– Я Коин, командир этого отряда, – представился один из гномов, – Мы из Рода Длинных Бород. Кто вы и что вы делаете в наших землях?
Подошедший Двар протянул ему грамоту, тот прочитал её, сделал шаг к Двару и крепко пожал его руку.
– Вы гости в Фелек-Думе. Кориан – глава нашего Рода, король Фелек-Дума, с радостью примет вас.
– Достопочтимый Коин, нам не надо в Фелек-Дум. Нам надо пройти под ним и выйти к Великому Лесу, – обратился к гному Ниэллон.
– Мдаа-а, – почесал бороду Коин, – Это непросто будет сделать. Дело в том, что с недавних пор, в заброшенных подземных шахтах под Фелек-Думом, поселилась семья драконов, которые пока не поднимались на верхние уровни, ведущие к городу. Но это только половина беды. Мы отправили большой отряд, чтобы изгнать этих драконов или убить их.
При этих словах Ниэллон поморщился, ему, как и любому эльфу, претила сама мысль об уничтожении разумных существ.
– Но там оказались ещё и гримтурсы, – продолжил Коин, – Посланный отряд столкнулся с ними и убил нескольких. Но отряд и сам при этом тоже понёс потери и вернулся за подкреплением.
– У нас нет другого выхода, – перебил его Двар.
Ниэллон согласно кивнул, поддерживая слова Двара.
– Эти двое сумеречных эльфов могут быть здесь не одни. Схватки с ещё одной такой парой мы не переживём даже если ваш отряд останется с нами. Мы потеряли слишком много времени на дорогу сюда, поэтому мы готовы рискнуть и укрыться в подземельях, но нам надо очень торопиться, – добавил Ниэллон.
– Раз так, – ответил Коин, – То воля ваша, я укажу вам дорогу. На вашей грамоте стоит печать Браина – короля Восточных гор, а значит, мы не будем чинить вам какие-либо препятствия. Мы должны во всём помогать нашим братьям.
Глава 21.
Вскоре Азахал пришёл в себя и гномы перевязали ему рану. Одноглазый гном был бледен как мел, но довольно улыбался. Ниэллон рассказал ему, что кинжал танцующего с мечами, был отравлен, поэтому Азахал и потерял сознание. Эльф блокировал действие яда, но полностью не может очистить от него организм Азахала. Раненый гном расстроился и принялся сетовать, что без помощи хорошего мага ему теперь не меньше месяца придётся проваляться в кровати. Коин успокоил его, заявив, что этот месяц, проведённый в Фелек-Думе, для живой легенды всех гномов, будет просто незабываемым. Азахал начал оттаивать и заулыбался.
– Да ради такого гостя король Фелек-Дума наверняка отворит двери в свою личную винную кладовую, – добавил Коин.
При этих словах единственный глаз Азахала блаженно закатился, а губы растянулись в мечтательной улыбке.
Ниэллон тоже попытался успокоить расстроенного гнома и сказал, что если бы Азахал не носил столько амулетов от магии, которые сумеречный эльф наверняка почувствовал, то маг не стал бы напускать магический туман, а просто сжёг бы гнома и он был бы сейчас не ранен, а мёртв. Перестав улыбаться и сплюнув, Азахал заворчал, что эльфы вечно портят самые прекрасные моменты.
