Айрон vs Мейрона полностью

Прощайся с жизнью, неудачник

А Скай всё также приходил изо дня в день и наблюдал за этим странным парнем, не решаясь заговорить.

╬╬╬

Я к тебе тянусь,

но боюсь задеть.

Каждый день с уходом яркого огненного заката, чьи лучи всегда осторожно мазали солнечными бликами по оконным рамам жилых небоскрёбов, город засыпал. Казалось, что можно было услышать равномерное биение улиц, почувствовать тёплое дыхание ветра и пропасть в бесконечном космическом полотне. Эллиот всегда до боли любил эту идиллию, когда можно было просто бродить по длинным улочкам настоящего города, вдыхая терпкий дым, и не заботиться о том, что когда-то эти самые тёмные улочки с разбитыми лампами пестрили многочисленными красками. Воспоминаниями, которые стали пустыми оболочками после исчезновения его матери. Наверное, бежать от своего прошлого всегда страшно, верно?

Наверное, вечно замотанные бледные пальцы были неотъемлемой частью его самого. До невозможности тощего, в любимой потёртой кожанке с тремя значками и с безжизненным взглядом, который потерял свой свет, погас, подобно прожектору на чёртовых городских трассах. Сколько бы люди не светили… невозможно зажечь то, что так давно угасло. Лишь одна вещь не давала сойти с ума, напоминая о том, что он всё ещё человек, а не призрак, которым так хотелось стать и взмыть в небо.

Любая надежда – повод для того, чтобы наконец-то выйти из темноты.

"Скай Эванс, который впервые заговорил с ним несмотря на то, что тот был под действием очередного приступа. Его тёмные глаза изучали порезы на собственных запястьях, отбирая у Эллиота острый нож. Хотел убить себя или сделать кому-то больно? Он не знал, но почему-то был уверен в том, что если бы не решился подойти, то больше не увидел этого мальчишку с ландышами. Чертовски страшно.

– Видимо, я вовремя, не так ли? Прошу, успокойся.

Кто ты сейчас, Эл.

"Покажи мне себя настоящего"

Любимые буквы изысканными переливами цветов играли под вечно холодными подушечками пальцев, вызывали лёгкую улыбку на потрескавшихся губах парня, который уже и не помнил, когда по-настоящему испытывал чувства. Иногда Эллиоту казалось, что в его душе давно расцвели чёрные розы, раздирая в клочья сердце. Ночь. Время, когда парень не выдерживал очередных наплывов чувств и раз за разом раздирал незажившие костяшки пальцев о стены, зарываясь ими в выжженные мятные волосы и плача в голос.

– Ты всегда был таким ранимым, когда дело касалось любых чувств, – мелодичный голос Ская эхом отдавался в голове Эллиота, который всеми силами зажмуривал глаза, отгоняя от себя навязчивые галлюцинации. Всё это казалось страшным сном, нереальным миром, становящимся кукловодом. Тихие касания губ к макушке и обжигающие прикосновения на запястьях.

– Ты до сих пор пахнешь ландышами, как в тот самый день, – эта улыбка мерещилась Эллиоту во снах, манила дотянуться и провести по острым скулам, но всегда дымка рассеивалась и уносила с собой этот образ, являя ему настоящего Ская. Всё казалось таким реальным, родной запах дурманил, сводя лёгкие в судороге, а на глазах сильнее наворачивались жгучие слёзы.

Скай осторожно перехватывал бледную руку парня и со всей своей нежностью начинал прикасаться тёплыми губами к разодранным костяшкам пальцев. Эллиот счастливо улыбнулся, зарываясь пальцами в красные жгучие пряди волос. Они всегда были похожи на те одинокие закаты, заедающие в памяти многочисленными нарезками рутинных дней. Он правда безумно скучал.

– Эллиот… Давай вернёмся в нашу реальность и постараемся жить так, как захотим мы. Как твой друг, я обещаю всегда быть рядом с тобой. Только доверься мне.

Ты – это я, а я – это ты.

Скай уже вторую неделю подряд категорически отказывался от любого взаимодействия с внешним миром, то и дело прокручивая в голове последний день с Эллиотом. Он был очень обеспокоен чем-то, метался из стороны в сторону, пытаясь собрать обрывки своих кошмаров воедино. А Скай только и мог, что неотрывно наблюдать за тем, как его друг упорно игнорировал его присутствие и многочисленные вопросы. Да, возможно, он мог понять Эллиота, его слова, сказанные накануне вечером, но, как и ожидалось с утра они оба старались поменьше терзать друг друга вопросами, на которые прекрасно знали ответы. Эванс помнил, как Эллиот рассказывал ему о том, куда собирается пойти, о том, что он избранный. Наверное, любой человек не поверил бы в это, крутя пальцем у виска, как и сделал Скай, через секунду натыкаясь на потускневший взгляд друга.

メ – Ты ведь шутишь, не так ли? Эллиот, ты думаешь я поверю в подобное?

– Я приму любое твоё решение, только сделай всё, чтобы потом не сожалеть о содеянном.

И почему-то первая их встреча с Эллиотом резко замелькала перед его глазами слишком чёткими образами.