«Слишком медленно», — подумал Мэтт и отодвинул ее в сторону. Он размахнулся и ударил топорищем по всему ряду стеклянных трубок. Осколки разлетелись во все стороны. Из щитка потянулась тонкая струйка едкого дыма.
Реакция последовала незамедлительно. Из холла послышались приглушенные крики.
Брэтт махнул в сторону двери. Сквозь окошко Мэтт увидел, как несколько солдат в белых парках бросились к винтовой лестнице, снимая винтовки с плеч. К суматошным крикам добавились резкие звуки отдаваемых приказов.
Двое охранников побежали вверх по лестнице. Еще двое остались охранять холл.
— Две «птички» остались в гнезде, — проворчал Грир.
— Придется их убрать, — промолвил Брэтт. — Другого выхода нет. Мы уже вступили в игру.
Два охранника в расстегнутых меховых куртках стояли спиной к двери в щитовую, нервно поглядывая на лестницу.
Брэтт ткнул пальцем в сторону Уошберн и Мэтта.
— Вы берете на себя того, что слева. — Он кивнул Гриру. — Мы займемся вторым.
Мэтт покрепче сжал в руках топорище. Ему еще не приходилось убивать людей таким грубым способом. В «зеленых беретах» он убивал противников из автоматической винтовки и даже однажды заколол одного штыком. Но чтобы зарубить человека топором? Мэтт обернулся к Крейгу.
Журналист смотрел на них немигающими, полными страха глазами, укрывшись за щитком у двери в генераторную комнату.
— Наблюдай через это окошко, — сказал Мэтт. — Как только почувствуешь опасность, беги обратно и предупреди остальных.
Крейг хотел что-то сказать, но передумал и лишь кивнул в ответ. Он вышел из укрытия и стал пробираться к столпившейся у двери в холл группе. По дороге из куртки у него выпал какой-то предмет, который с глухим стуком грохнулся на пол.
Брэтт недовольно поморщился. К счастью, гул генераторов надежно заглушал все посторонние звуки. Мэтт поднял предмет с пола. Массивная папка в толстом переплете. «Один из лабораторных дневников», — догадался Мэтт. Он вопросительно взглянул на Крейга и протянул ему тяжелый том.
— Это для моей статьи, — быстро пояснил репортер, засовывая папку обратно под куртку. — Если мне все-таки удастся выбраться отсюда…
Мэтт мысленно похвалил журналиста. У того свое оружие, и он собирается воспользоваться им по назначению.
— Готовы?
Брэтт обвел взглядом группу. Все в ответ закивали. Брэтт ухватился за дверную ручку и, дождавшись, когда сверху донеслась очередная волна криков и команд, распахнул дверь. Разделившись на пары, они бросились на стоящих к ним спиной охранников.
Мэтт бежал что было сил, не обращая внимания на боль в ступнях и коленях. Уошберн неслась, как газель, — она опередила его на несколько шагов, но из-за стремительности бега не заметила подноса, валявшегося на полу у одного из столиков.
Она наступила на него ногой и, поскользнувшись, кубарем полетела на пол. Пытаясь ухватиться за столик, она лишь перевернула его и приземлилась прямо у ног одного из охранников.
Оба солдата резко развернулись на шум и вскинули автоматы.
Брэтт и Грир были уже в шаге от своих жертв. Брэтт на ходу метнул скальпель в охранника. Острое лезвие с поразительной точностью воткнулось в левый глаз солдата. Он упал навзничь, не успев издать и звука — Грир тут же навалился на него всем телом.
Мэтт взлетел в воздух, перепрыгивая через распластавшееся на полу тело Уошберн:
— Не двигайся!
Он замахнулся в прыжке топором, но до второго охранника было еще слишком далеко.
Из ствола АК-47 вырвались язычки пламени. Трассирующие пули прорезали воздух над его плечом, а потом очередь внезапно ушла к потолку. Краем глаза Мэтт успел заметить, что Уошберн вытянула руку, всадила металлический крюк в лодыжку солдата и рывком снесла его с ног.
Мэтт приземлился рядом с упавшим на спину охранником и, повинуясь инстинкту, выработанному за годы службы в «зеленых беретах», не задумываясь рубанул топором по голове противника. Лезвие вошло глубоко в череп, расколов его, как спелый арбуз.
Мэтт выпустил топор и кувырнулся в сторону от извивающегося в конвульсиях тела.
Руки его дрожали. Слишком много времени прошло с последнего боевого столкновения. Мэтт сделал все, как учили в спецназе, за исключением одного — он не отвел взгляда от глаз своей жертвы в момент удара топором. Солдат оказался совсем еще юным. На вид ему было лет девятнадцать. В остекленевших глазах застыли страх и боль.
— Пошли, — сказал Брэтт, подойдя к стоящему на коленях Мэтту. — Русские наверняка слышали стрельбу. У нас мало времени. Скоро здесь кто-нибудь появится.
Мэтт сглотнул подкативший к горлу комок рвоты и поднялся на ноги. «Сейчас не время для сожаления о содеянном, надо действовать», — подумал он. Перед глазами встала картинка вездехода с Дженни, исчезающего в снежной пелене под звуки стрельбы и взрывов.
«Не мы начали эту войну».
В шаге от него Грир снял камуфляжную куртку и штаны с тела второго охранника.
— После шума, который мы наделали, нужно, чтобы ктонибудь остался здесь и понаблюдал за русскими, — пояснил он, стирая пятна крови с водонепроницаемой ткани куртки, и стал натягивать на себя одежду противника.
