– Мне наплевать, наказан ли Джозеф, но почему Господь не хочет помочь нам с детьми?!
– Потому что ты богохульствуешь! – мать потрясала кулаками в ужасе от слов дочери, но Мэри это не смутило:
– А дети, они чем провинились, что вынуждены жить впроголодь?
Это был их последний разговор, мать больше не желала видеть Мэри, а единственным связующим звеном с кланом Грей осталась Августа.
Но даже потрясая кулаками и проклиная непутевую дочь, ее мать продолжала по возможности заботиться о внуках. Забота выражалась в сборе одежды и обуви у родных и передача вещей Мэри.
И вот теперь семья предлагала забрать к себе Элизабет. Старшая Денкан не Дульси, она будет вести себя прилично, не проболтается и потерпит, сколько придется. Но отдавать дочь означало признать правоту клана Грей. Августа прекрасно понимала сомнения сестры, она положила руку на запястье Мэри:
– Послушай, пусть хоть Элизабет немного поживет спокойно.
Уговорить Мэри удалось, она только поставила условие:
– Я заставлять Элизабет не стану. Предложишь сама и дашь ей подумать. И обещай, что девочка сможет вернуться, как только захочет.
Элизабет согласилась пожить у бабушки, хотя плакала и твердила, что ей будет очень грустно без мамы, сестры и братьев.
Между Августой и Мэри состоялся еще один серьезный разговор, Августа хотела кое о чем предупредить младшую сестру.
– Мэри, тебя уже разыскивают. Я своими глазами видела розыскной листок: Мэри Денкан.
– А дети?!
– Нет, о детях там ни слова. Но тебе нельзя называть фамилию и имя, тем более, давать объявления об уроках музыки под этим именем. Если тебя арестуют, то детей отдадут в приют!
Августа права, хотя родители учениц Мэри относились к ней хорошо, но была опасность, что кто-то проговорится.
– Надо сменить фамилию.
– Может, возьмешь свою – Грей?
– Вот уж нет! Я стану… Дункан! Вполне ирландская фамилия и отличается не сильно, всегда можно будет сказать родителям учениц, что те ослышались.
Августа усомнилась:
– Мэри Денкан – Мэри Дункан… не думаю, чтобы сошло с рук.
– Хорошо, я стану Дорой.
Их разговор услышала Дульси и возмутилась:
– Но Дора – я! Я – Изадора.
– Дульси, знаешь, как правильней в Ирландии? Айседора. И ты будешь Дориттой – маленькой Дорой. Запомните, дети: мы теперь Дункан.
Привыкшие к любым вывертам своей неспокойной жизни, дети Доры Дункан, бывшей Мэри Денкан, согласились. Какая разница, как зовут?
Элизабет прожила у бабушки недолго, она слишком тосковала по своей семье и, хотя была послушной, никак не могла привыкнуть к новому для нее распорядку. От вольницы Дункан не так легко отвыкнуть. Вернувшись, она обнаружила, что младшая сестра обучает соседских детей танцам. Мало того, довольные родители еще и платили новоявленной преподавательнице! Неплохое подспорье, если тебе всего шесть.
Одна беда – теперь Дунканы не могли сбегать, не заплатив за жилье. Но они подрабатывали все – девочки учили малышню танцевать, мальчики разносили товары, за небольшую плату сочиняли стишки и поздравления завсегдатаям местного бара, Август даже устроился куда-то курьером. Училась пока только самая младшая Дульси, но в десять лет и она решила, что посещение школы пустая трата времени.
– Книги я буду брать и в библиотеке, это бесплатно, а танцевать и без школы могу.
Она могла, эта младшая Дункан.
–
–
–
