— Я чую тебя, девочка. Ты нетронутая и такая сладкая. Сохрани себя для меня, красавица. Обещаю, не пожалеешь. Азар не возьмёт тебя силой, слишком слаб для этого. А спустя три месяца, если ты продержишься, я смогу назвать тебя своей. И тогда тебе будут принадлежать три сильнейших клана оборотней. Они присягнут тебе на верность, сделают для тебя всё, что захочешь. Умрут за тебя, уничтожат всех твоих врагов, возвысят тебя над всеми ведьмами. Даже Ктара будет вынуждена признать твоё первенство.
— Спасибо, я подумаю, — вежливо ответила я, с трудом понимая, как вообще удержалась от крика и панического бегства.
Но удержалась, и мою руку отпустили. А я ведьма, так что задираем нос и гордо шествуем. На бег сорвалась только у лестницы. Разогналась так, что слегка промахнулась этажом и прибежала в сад. Но оборотень меня не преследовал, и я решила посидеть здесь… до возвращения Азара. Маг, как ни крути, не такой страшный, как Раш.
***
Сад был волшебным, но я так устала, что и сама не заметила, как уснула на одной из скамеек, прижимая к груди Черныша.
Проснулась от того, что кто-то взял меня на руки. Вскрикнула, но на ухо прошептали:
— Это я, спи, — и я мгновенно успокоилась.
Сквозь сон почувствовала, как меня положили на кровать, потом кто-то обнял, но я слишком устала, чтобы возражать. Мне просто хотелось отдохнуть от всего, от всех проблем и несчастий, расслабиться и забыться. Это был мой сон, только мой, и ничей больше!
***
Я была в чудесном саду. Вокруг, насколько хватало взгляда, цвели и благоухали прекрасные цветы. Яркие, красивые, они были везде — и на клумбах, и на кустах, утопали в изумрудной зелени лужаек, украшали стволы маленьких декоративных деревьев. И птицы, здесь было множество маленьких ярких птичек, порхающих от цветка к цветку и оглашающих сад переливчатым пением. Солнечный свет согревал и ласкал, будто прося остаться тут навсегда. Но, ни цветы, ни птицы не могли затмить своим великолепием величественное древнее дерево, возвышающееся в центре. Оно будто накрывало своей кроной весь сад, но совершенно не препятствовало солнечным лучам. И оно, это огромное дерево, манило меня. Звало к себе.
Не в силах совладать с этим зовом, я шла к нему по мягкой, ласкающей босые ступни, тёплой траве. По пути едва прикасалась пальцами к нежным лепесткам огромных цветков, и они раскрывались ещё больше, будто приветствуя меня. Птички вились вокруг и завораживали своим пением. И в их переливчатых трелях я словно слышала «Иди, скорее, иди же! Он ждёт тебя!».
Я шла. И пришла. Приблизилась к необъятному стволу, протянула руку и погладила его тёплую, гладкую поверхность. Поддалась порыву и обняла.
И услышала слова, прозвучавшие, кажется, в самом моём сердце.
— Ты нужна мне, Айва, — прошелестела листва. — Нужна, — гулко вторил ей ствол, к которому я так доверчиво прижималась.
— Зачем? — прошептала, с усилием отстранившись.
— Я погибну без тебя, Айва, — прилетел ответ шумом ветра. — Мне нужна сила жизни, нужна ты для связи с миром.
— А как же твой хозяин? — спросила я, неохотно отступив на шаг.
— Он не такой, как мы, Айва, — прошелестела листва. — Он не чувствует жизнь, как мы.
— А если я не хочу? — осмелилась спросить я.
— Я погибну, — едва слышный шёпот ветра. — И он потеряет часть себя. Ты нужна нам.
— Так не честно! — выкрикнула я, запрокинув голову и вглядываясь в зелёную крону. — Почему я? Зачем мне это?
— Ты чувствуешь жизнь. Ты позаботишься о нём, спасёшь нас, — коснулась моей щеки опушённая мягкими листьями ветка.
— А если я не хочу? — повторила воинственно.
Налетел ветер, принёс влажный воздух, напоённый тревогой. Свет начал меркнуть…
— Вот только не нужно меня пугать! — воскликнула возмущённо.
Погодное буйство прекратилось, но стало заметно прохладнее.
— Так почему я? — повторила вопрос, погладив дерево.
— Он выбрал тебя, — ответило древо.
— Хм, — призадумалась я. — А что, если бы он выбрал кого-то другого? Ну мог же он выбрать человека, или оборотня к примеру.
— Не мог, — прошептала крона. — Только дочь природы, или дочь леса спасёт нас.
— Как-то это неправильно, — поёжилась я. — Дочь природы это ведьма, так? А дочь леса значит эльфийка? Я думала, что хозяин управляет древом, а не наоборот.
— Он управляет, но он не такой как мы, — ответило дерево.
— Это как-то несправедливо, взваливать на меня такую ответственность, не находишь? — спросила, сложив руки на груди, чтобы больше не прикасаться к манящему теплом стволу.
— Это жизнь. Ты жизнь, мы жизнь, — прошелестел ветер, обдав меня ароматным теплом.
— И с кем я разговариваю? — посетовала я, разворачиваясь, чтобы уйти.
— Ты нужна нам, — полетел мне в спину шёпот листвы.
— Я подумаю… — ответила, не оборачиваясь.
Птицы все разом взмыли ввысь, оглашая сад криками и расцвечивая небо в яркие краски.
Я вздрогнула от этого резкого слаженного движения пернатых и… проснулась.
В комнате царил предрассветный полумрак, рядом посапывал Черныш, Азара не было.
— И что это было? — спросила у потолка.
