Итак, во второй половине 1870-х годов Иван Константинович создаёт целый ряд масштабных живописных произведений. Вновь с уже давно ставшим для него привычным успехом и громким общественным резонансом представляет их на отечественных и зарубежных выставках. В то время его имя, стиль, характерные сюжеты его картин приобрели едва ли не нарицательное звучание. Среди художников даже было распространено выражение: «образ, достойный кисти Айвазовского», «морской вид, как у Айвазовского», о чём, например, упоминал в очерках М. В. Нестеров[286].
В 1878 году Иван Константинович вновь предпринял путешествие в Западную Европу, в том числе в те страны, где не бывал с молодости, — сначала уехал в Голландию, оттуда во Францию и Германию. Во Франкфурте на протяжении всего лишь одного месяца им были написаны десять картин и сразу же показаны в экспозициях. Часть из них маринист направил на выставку в Мюнхен и отбыл в Штутгарт, где в декабре открыл выставку в пользу бедных, оставшись верным своим принципам — приверженности благотворительной деятельности.
О своих творческих достижениях во время зарубежной поездки он докладывал в Санкт-Петербург в письме конференц-секретарю Академии художеств П. Ф. Исееву:
«30 апреля 1879 г.
На письмо Вашего превосходительства от 14 апреля за № 604 имею честь ответить, что знаки ордена Фредерика и грамота получены были мною ещё в Штутгарте и согласно желанию Вашему знать, как выражено в грамоте, я при сем прилагаю копию с неё.
При этом случае позвольте мне сообщить некоторые сведения о последних моих занятиях. За границей я написал несколько картин. Две из них будут выставлены в Париже на обыкновенной годичной выставке и три картины оставлены мною в Мюнхене для предстоящей международной выставки, которая откроется там 1-го июля этого года. Из-за границы вернулся я 15-го марта и в настоящее время приготовляюсь начать картину, изображающую Христофора Колумба[287] во время открытия Америки, довольно значительной величины. В Генуе и в Венеции я собрал некоторые верные рисунки тогдашних каравелл и портрет его самого. Надеюсь, что к будущей зиме картина будет окончена.
Позвольте благодарить Вас за поздравление и просить покорнейше принять уверение в совершенном почтении и преданности.
И. Айвазовский»[288].
Так, художник, встретив своё шестидесятилетие, не почивал на лаврах, а с юношеским энтузиазмом и завидной энергией продолжал работать, жить в искусстве, служа ему и людям, в чём и заключались для него истинное призвание и счастье его жизни.
Расставит новый век
В житейских заводях иные мрежи...
Ветшают дни, проходит человек,
Но небо и земля — извечно те же.
Во всех жизненных событиях и свершениях, многочисленных победах и редких для него, но глубоко и остро переживаемых поражениях И. К. Айвазовскому сопутствовало море, обязательный мотив его творчества, камертон музыки его души, его преданный друг и мудрый извечный спутник жизни, помогавший преодолеть любые невзгоды. Младший современник выдающегося мариниста М. А. Волошин, чья жизнь и творчество также во многом были связаны с крымской землёй, с морем, в стихотворении «Дом поэта» обращался и к древней истории края, и к его вневременному образу:
Этот «простой урок земли», несомненно, был усвоен Иваном Айвазовским.
Вскоре в письме своему близкому другу в Константинополе, литератору и фотографу Геворку Абрамовичу Абдулле (1839—1919), он подробно и откровенно писал о своей личной жизни:
«7 июля 1882 г., Феодосия.
Ваше любезное письмо получил. Дошедшая до вас молва достоверна... я вступил в брак с одной госпожой, вдовой-армянкой. Ранее с нею знаком не был, да вот о добром её имени слышал премного. Жить теперь мне стало спокойно и счастливо. С первой женой уже 20 лет не живу и не вижусь с нею вот уже 14 лет. Пять лет тому назад Эчмиадзинский синод и католикос разрешили мне развод. Так что на новый брак права лишён не был. Только вот очень страшился связать свою жизнь с женщиной другой нации, дабы слёз не лить. Сие случилось Божьей милостью, и я сердечно благодарствую за поздравления.
Пишите о картинах. Умоляю Вас, обе картины аккуратно уложите в сундук и сдайте на судно из Севастополя, которое прибывает в константинопольский порт по понедельникам или вторникам. Называется пароход “Wladimir”, а капитана звать Рыжий (Regy), он мой хороший знакомый, я ему тоже сегодня напишу в Севастополь. Каждую неделю он ездит в Константинополь и в понедельник в 11 часов прибудет в Константинополь, будет у Вас в среду утром.
Нынешней зимой намереваюсь поехать в Париж. Через два месяца направлюсь в Москву и Петербург, а оттуда уже в Париж.
Мой большой привет всем Вашим. Остаюсь всегда сердечным другом
