Я поёжилась. Толковая не толковая, а от Карлайл мне ничего не нужно.
– Мне Банни хватает.
– Ей скучно одной, – заметил Кларенс. – Ну да вернёмся к делу. Насколько мне удалось выяснить, у Фэнни ни с виконтессой, ни с её мужем никаких связей нет. Зато он сам недавно появлялся в столице и разыскивал мага, умеющего насылать иллюзии. Конечно, не в высшем обществе, а на Щурке.
Щуркой назывался район столицы, где обитали всякие неблагонадёжные личности, и у нас с Кларенсом там были прикормленные осведомители.
– Иллюзии, значит, – хмыкнула я. – Я показала шкатулку старшине. Он телефонировал в головное управление, там сказали, что это недавнее изобретение, само по себе не противозаконное. Но уже были случаи, когда с его помощью запугивали людей или поднимали переполох для отвода глаз. Вот я теперь думаю, если шкатулку подкинул Фэнни, то от чего и кому он отводил глаза? От демонической твари?
– И о чём он договорился с Карлайл? – добавил Кларенс. – Я сомневаюсь, что она могла вызвать хтонического демона, даже при всей её, эм-м, заинтересованности тёмными искусствами.
– Не могла, – мотнул головой Маккорн. – Помешалась бы сразу. Но знаете, что я думаю? Я поразмышлял над тем заклятием, которое заставляло людей ссориться. Так вот, кажется, мне удалось его воссоздать в магии жизни.
– Это как же? – удивилась я. – Оно же точно ничего не чинит и не лечит?
– А вот так. Смотри, – Маккорн вынул карандаш и набросал на салфетке схему плетения. Я её узнала – я уже довольно неплохо научилась читать природнические записи плетений. Провернув в голове симметрию, я поняла, что в некромантии оно соответствует заклинанию, заставляющему умертвий бросаться в бой. Ого. Но магия жизни?..
– Это нормальная последовательность, – прокомментировал Маккорн. – В таком виде это умиротворяющее заклинание. А теперь… Он взял салфетку и развернул её вверх ногами. – Если сплести эту штуку с конца, она будет иметь ровно такое действие, как мы испытали. Я пробовал на мышах.
– Ты мышиные бои устраивал? – спросила я, чтобы чем-то занять рот, пока я осмысляла услышанное. Выходило, девица Карлайл тоже исследовала симметрии, только внутри самой магии природы. – Надо быстрее статью писать, пока нас никто не опередил.
– Ни одна мышь не покалечилась, – усмехнулся Маккорн. – Но да, давай писать. Хоть завтра.
Я присмотрелась к плетению. С умертвиями такую штуку нужно постоянно поддерживать, находясь рядом. А с живыми?
– А это заклинание можно наложить загодя и просто подновлять или надо активно поддерживать?
Маккорн обвёл на салфетке один из узлов, и я всё поняла, но он пояснил для Кларенса.
– Это одноразовая магия. Если заклинание сработает на кого-то, то дальше испаряется, и чтобы оно сработало ещё раз, придётся накладывать его снова.
– В таком случае, – резюмировал Кларенс, – неплохо было бы проследить за Фэнни и Карлайл сегодня ночью. Она, вероятно, придёт обновлять заклинание, а он – есть шанс, что искать свою шкатулку.
– А с демоном-то что? – вопросила я. – Он как в это вписывается? И на кой ляд Фэнни всё это устраивать?
– Про демона не знаю, – покачал головой Маккорн. – А Фэнни, скорее всего, решил стравить виконтессу с тобой.
Я уставилась на него, а Кларенс хлопнул себя по лбу.
– Ну конечно! – воскликнул он. – Фэнни ведь даже написал виконтессе, что это твои призрачные лошади нападают на её! И для убедительности подбросил иллюзию призрачной лошади.
– А ещё подослал Карлайл напустить заклятие, которое заставляет всех нападать друг на друга, – добавил Маккорн. – В надежде, что лошади передерутся, что вызвало бы гнев виконтессы. Уж не знаю, почему Карлайл не выпустила их из денников, а то через стенку много не надерёшься, но, возможно, она считала, что если они хорошенько разозлятся, то выберутся сами.
Я медленно кивнула.
– Вот только он не учёл, что Полынья – агишка, и виконтесса об этом знает. А агишке призраки – на один зубок. И потому виконтесса прекрасно понимала, что это не может быть призрак, и пригласила меня расследовать происшествие, а не сразу подала в суд, как он рассчитывал.
Мы все посидели с минуту в тишине, вертя в голове нашу схему. Не вписывался только демон.
– А ещё знаете, что не вписывается? – вспомнила я. – Сонное заклятие. Какой смысл накладывать одновременно сонное и стравливающее?
– Сонное не касалось лошадей, – заметил Маккорн. – Только людей, вероятно, чтобы они не могли выставить дозор и узнать, что происходит в конюшне ночью.
Кларенс сдвинул брови.
– А тогда какой смысл напускать иллюзию? Если все, кто мог бы её увидеть, спали?
– А что если это разные? – внезапно осенило меня. – Фэнни с иллюзией и стравливающим заклятием хочет подставить меня. А кто-то другой с демоном и сонным заклятием… м-м…
– Хочет выкрасть агишку, – подхватил Маккорн. – Демон в обличье жеребца может увести кобылу, я о таком читал.
